— Без изменений, — равнодушное пожатие плечами, за которым скрывалась огромная печаль.

Когда Дитриху удалось удержать его душу в теле, мы подумали, что скоро его старший брат очнется. Но шли дни, за ними недели и месяцы, а Платон не приходил в себя. Отцовский ритуал практически уничтожил его сознание, и теперь Платон завис между жизнью и смертью.

Дит поместил его под круглосуточное наблюдение «Цербера», и они вместе со Златоном искали людей (или нелюдей), готовых помочь. Периодически приезжали самые разные специалисты, но их попытки всегда заканчивались ничем.

Я не представляла, что испытывает Дит, но видела всю глубину его боли. Он корил себя за то, что считал брата предателем. Обвинял в том, что ничего не смог сделать (хотя он сделал самое главное: не позволил душе уйти за грань). Его терзали самые недобрые мысли.

— Что будете делать дальше? — я задавала этот вопрос постоянно и задала сейчас.

Даже не для того, чтобы услышать ответ, а чтобы Дитрих вслух подтвердил, что продолжит бороться.

— Злат сказал, что у него есть один человек, который смог бы забраться в голову к Платону.

— Так это же здорово! Почему он раньше про него не вспомнил?

— Там тяжелая история, но он только сейчас начал выходить на её след. Да и то пока без особых успехов…

— Её? Она?

— Это его бывшая жена, — губы Дитриха тронула невеселая улыбка. — Ладно, не будем об этом. Сами разберутся, взрослые люди. Как тут?

И я принялась пересказывать ему все произошедшее со мной за последнюю неделю. Несмотря на то, что практически все то же самое я уже рассказывала по телефону, Дит слушал внимательно, про Виталика, про маму, про то, как продвигается написание магистерской диссертации. Я и сама расспрашивала Дита, но про «Цербер» он говорил неохотно, зато стоило зайти разговору о старинных книгах или картинах, как он моментально преображался.

— Кстати, мама таки собралась выставить на продажу «Мойр». Как я поняла, она хочет попытаться вложить полученные деньги, заняться цветочным бизнесом. Ты ведь поможешь с оценкой? Или лучше сказать ей, чтобы поискала кого-нибудь еще?..

— Я посмотрю, в конце концов, вещь стоящая. Может быть, даже сам ее выкуплю, — он подмигнул, — а потом перепродам одному знакомому коллекционеру, который помешан на древнегреческой теме.

— Коварный, — усмехнулась я, в этот момент в домофон позвонили.

— Наверное, еда приехала, я открою, сиди. — Дит ушел расплатиться с курьером, а я пока залезла в телефон, проверить, нет ли изменения расписания в завтрашних парах.

— Хм, странно… — если верить тому, что писали, пары отменялись. Хотя в чате об этом не было ни слова. И Маринка не звонила.