Баб еще много. А жизнь одна. И он, Игорь Лесницкий, вовсе не хочет провести ее за решеткой.

Немного подумав, Игорь купил новую симку. Потом созвонился с бывшим сокурсником, который теперь стал в городе важной шишкой. А тот дал контакты своего человека в той клинике, где находилась Лена-Диана.

Все это время Лесницкий судорожно следил за происходящим с женой. И не знал, как относиться к тому, что Суховской его вовсе не ищет. Борис все дни проводил у постели “дочери”, забросив и бизнес, и те проекты, которые до сих пор составляли главную часть его жизни. Казалось, для него не осталось ничего важнее здоровья единственного ребенка…

Но стал бы он так печься о ней, если бы знал, что она – не Диана?

Этот вопрос порой всплывал в голове Лесницкого. И страх разоблачения заставлял трястись его душу.

Проснувшись после очередной попойки, Игорь увидел странное сообщение от информатора:

“Ваша жена пропала. Полиция объявила розыск. У Суховского ретинопатия”.

Чувствуя пугающий холодок, он позвонил:

– Как пропала? И что значит эта рино.. ретино…

– Ретинопатия, – пояснил на том конце Алексей – старший медбрат. – Это предварительный диагноз. Он ослеп.

– А Ленка? – осекся Игорь и быстро поправился: – То есть Диана. Что с моей женой? Она же в коме была!

– Да, в коме. Тут вся клиника стоит на ушах. Ваша жена просто испарилась. Суховской находился с ней в палате. У него шок. Несет какую-то чушь про яркий свет и про то, что его дочь исчезла в этом свете. Ему сейчас успокоительные колют.

– А Тамара Львовна? – Игорь судорожно провел языком по губам.

И тут же услышал голос тещи, приглушенный расстоянием:

– Лелик, ты занят? Мне нужна твоя помощь.

– Да, киса, иду! – откликнулся информатор.

Судя по изменившемуся тону, он прикрыл трубку рукой. А затем торопливо прошипел уже Игорю:

– Ладно, мне некогда. Если узнаю что-то, напишу смс.

В трубке раздались гудки.

Игорь в полной прострации сел на диван.