— Ладно. Бумагу возьми. Деньги выдадут только тебе. И, Максим, к тебе просьба: приведи ее супруга Наденьке. А ты, дорогая, мило пообщайся с мужчиной, чтобы больше не хотел пить, чтобы голова была занята заботой о семье и детях. Хорошо, родная?

— Да, папа.

— Простите, Ваше Величество, но толку от разговоров? Я его уже отводила к менталисту. Хватило ровно на месяц, а денег содрал не по-божески.

— Познакомишь с этим менталистом? – спросила с улыбкой. – Интересно на него посмотреть.

— Поосторожнее, родная, а то покалечишь “профессионала”.

— Я осторожно. Думаю, после меня он алкоголь пить не захочет. Правда папа?

— А что папа? Я и не пил никогда, это ты деда довела, что он один раз напился, а потом попал тебе под горячую руку и больше не пил, даже вино.

Максим подхватил Мелинду под руку, и они быстро ушли.

— Я чего-то не понимаю, − пробормотал Амен. – Как ты могла довести дедушку, это получается Арона, если, когда он умер, тебе было полгода.

— Папа имел в виду Эрика. Читал мой дневник?

— Угу, прости. Буквально на днях добрался до тетради.

— Эрика довела Даша, когда была в положении третьим ребенком. Настроение было так себе, и она постоянно капала мужу на мозг. Бедняга не выдержал, выпил два или три бокала вина, потом коньяк. В общем, алкогольное отравление было. Ему было очень плохо. Сам потом ныл, что больше пить не будет. Ну, Даша и помогла − воздействовала магией, больше алкоголь он не пил.

— Здорово, − восхитился муж. – А это нормально, что ты о себе говоришь в третьем лице?

— Нормально. Я разделяю эти, так сказать, жизни и мне так проще. Если бы я говорила о Далиле в третьем лице, вот это было бы странно.

— Далиле?

— Имя, данное мне при рождении. Рождении на моей родной планете.

— Я слышал это имя от мага, с которого ты взяла клятву, Надежда-Далила.

— И оба мои имени. Сейчас я Надежда, и мне почти восемнадцать лет. Как Далиле мне, эм… пап, напомни, сколько мне как Далиле?

— Девятьсот тридцать, недавно высчитал. Даже представить не могу себе эту цифру.

— Ну почему же? Четыреста с большим хвостиком прожила как Далила, потом еще четыреста с хвостиком − как Даша, и теперь семнадцать лет как Надя.