Отец улыбнулся. Забрала у него малыша.

— Милашка такой. Ну, раз мы тут всей семьей, обрадую: Амен, папа, мама, я беременна.

— Как? Уже? – сказала мама – Я думала, ты хоть еще немного подрастешь.

— Мама, учитывая, что мне больше девятисот лет, куда уже расти.

Все дружно рассмеялись, даже Марк с Лидой. Амен меня бережно обнял и нежно стал целовал в лоб, щеки.

— Почему молчала? − тихо спросил муж.

— Боялась, что не пустишь в поездку. Мне было очень важно сюда приехать, я это чувствую.

С мужем Мелинды пообщалась через час. После ментального воздействия поставила перед мужчиной бокал с коньяком. Он сглотнул и жалобно сказал:

— Простите, меня сейчас стошнит.

Быстро убрала бокал.

— Мелинда, если вдруг что, говори Максиму. Но, по опыту, пить алкоголь больше не сможет. А если в него зальют насильно, его вырвет.

Про настойки промолчала, это единственная лазейка для жаждущих выпить. Но настойками можно отравиться, если пить без меры.

— Благодарю, госпожа.

— Подожди, − сказала задумчиво, потому что прислушивалась к мыслям мужчины. – Он играет?

— Было несколько раз.

— Еще какие грехи за ним водятся? Руки распускает? Изменяет?

Судя по моим перечислениям и по молчаливой реакции женщины, я попала в точку.

— Скажи, дорогая Мелинда, зачем тебе этот мужчина? Ты его любишь?

Она грустно посмотрела на меня и сказала: