— Надя, посмотри на меня, − посмотрела, – да, глаза изменились. Он вас раздражает?

— Меня забавляет, а мелкую бесит, сильно. Так что у меня зубы чешутся его покусать или что-то отгрызть, например хвост. Однозначно ближайшее время мне скучно не будет. А он решил в завоеватели женского сердца податься. Ну-ну, как бы у меня не появилась новая сумочка из черной шкуры одного ползучего.

— Его лучше не подпускать к ней, − сказал Даниэль моим родственникам. – Мы по природе не сильно ладим. А подростки при обороте, если не контролируют вторую сущность, могут напасть. В ней говорит молодой драчливый дракончик.

Найрен не побоялся ни моего дракончика, ни моих родственников. Сначала угостил меня игристым вином, а потом еще раз пригласил на танец.

— Вы так мило злитесь, − сказал он с улыбкой, – хотя я понимаю, что сейчас это берет верх маленькая драконочка, и потому не обижаюсь. Теперь понятно, почему вам удалось сохранить молодость души.

А сама обновила ментальные щиты и сказала сама себе:

«Ага, молодость, под две тысячи уже, юность, не меньше».

Ощутила, как внутренняя соседка удивилась и немного заворочалась, словно осматриваясь.

— Я заставляю вас нервничать?

— Нет, просто про возраст напомнили, это повеселило.

— Вам всего восемьсот лет, мне тысяча. Это едва ли пятая часть жизни.

«Ага, как же, это, малышка, точно не про нас. Мы будем жить намного дольше».

— У вас будет чудесная шкурка – белая с серебряным отливом, − посмотрела на него удивленно, – чешуйки проявились. Вы милы в своей несдержанности.

— Вам везет, что пока не кусаюсь.

— Я подожду, пока вы договоритесь.

Хитро улыбнулась.

— Не боитесь, что девочки договорятся против вас?

Он задумался. А потом довольно улыбнулся.