– Надо предупредить Сетсея, – сказала я Амидере.

Мы встретились с голубоглазкой взглядами, и я поняла: она согласна и восприняла мое предупреждение серьезно.

– Мы пойдем с тобой, Улрана, но за границей будет ждать подмога. Я не знаю, кто твой друг, и какие цели он преследует.

– Как тебе будет угодно, – ответила демоница.

Вчетвером мы вышли из амбара, и я поежилась. На улице быстро сгущались сумерки, а с неба падал мелкий тихий снег. В это время темнело быстро, и я не сразу рассмотрела нашего охранника в тени строения.

– Отправляйся к Сетсею и сообщи, что мы идем с предводительницей демонов за границу Акарана, пусть пришлет кого-то, – спокойным тоном, словно рассуждая, произнесла Амидера.

Маг выслушал приказ, но исполнять не спешил. Он подозрительно нас рассматривал, пытаясь понять, что происходит, и можно ли оставить княгиню с нами.

Я прочистила горло, развернулась к нему и резко рявкнула:

– Выполняй!

Он выпрямился, поклонился и поспешил обратно в город.

Я вытянула ладонь, пропуская демоницу вперед. Лучше мы будем у нее за спиной, а не наоборот – кто знает, что за друг у демонов, такой недоверчивый. Придержав голубоглазку, я убедилась, что демоница и Тарая нас не слушают, и негромко ей сказала:

– Когда отдаешь приказ, не делай это таким тоном, будто сомневаешься. Не оставляй им выбора, все должны верить, что они часть великой цели, которую знаешь лишь ты.

– Хорошо, – голубоглазка широко раскрыла глаза, – спасибо.

Когда-то я и сама училась отдавать приказы. Тогда меня только назначили командиром отряда. Рекштара и Дрокула не обрадовал приказ подчиняться орку меньше их ростом. Силе командного голоса меня научил Цебир.

Я нахмурилась, скорее прогоняя воспоминания о нем.

– Снег идет. Снег – это же вода? – прошептала нам чернокосая, подставив лицо падающим снежинкам.

– Нет. Снег – это просто снег, – огрызнулась я. Мысли о Цебире окончательно испортили мне настроение.

– Но Маду сказала…

– Хватит, – перебила я.

Под моими ногами вдруг вместо снега начала растекаться огромная лужа.