Улрана ничего не ответила, лишь спрятала за спину секиру в виде полумесяца, чтобы казаться более доброжелательной. Раз Аш, вторя повелительнице, также убрал оружие в ножны. Теперь маги Мора обступили и их, прикрывая собой.

Стоило нам подойти к двери и рассмотреть на ней знак любимой руны гномов, Берканы, как в ней со скрипом приоткрылось окошко.

– Пароль, – грозно произнес голос за дверью.

– Сам я малявка, – буркнул Мор и скосил глаза на нас с Эфирой. – Это не я придумал.

Мы переглянулись, ухмыляясь. Конечно, пароль придумала для Мора сама Трантина в наказание за кличку, что он ей дал.

Двери тихо отворились, и мы попали в галерею, уходившую вглубь скал. Навстречу нам вышли Трантина, Брамли и тот самый седобородый старик с вороном на плече.

– Маляв… королева! – тут же поправился Мор и низко поклонился. Настолько низко, что выглядело это немного театрально, но, думаю, именно такого эффекта он и добивался.

В белом одеяния до пола с золотым вышитым воротником Трантина выглядела совсем по-другому. На пальцах заметно сияли кольца с большими камнями, ее волосы, хоть и оставались короткими, но не топорщились в разные стороны, как раньше, а аккуратными косичками уходили назад, изображая корону. И только глаза, большие, ясные и зеленые, напоминали, что перед нами все еще наша смелая малявка.

За Мором поклонились все самогетцы, Сетсей, Тарая, и только мы с Эфирой немного замешкались. Мор прочистил горло, привлекая наше внимание, и Эфира тоже согнулась в приветственном поклоне, а я осталась стоять прямо. «Княгиня Кроуги ни перед кем не делает реверансов», – отчетливо пронеслось в моей голове. Мы здесь не с официальным визитом, но это мало что для меня меняет.

– Я рада приветствовать тебя, князь Самогеты, на земле гномов, – первой заговорила Трантина. Тон ее тоже изменился, теперь она говорила величественно, громко, явно не стесняясь себя больше. – Мы благодарны за помощь твоих воинов, вместе мы смогли изловить всех тварей в наших коридорах.

Об этом Мор умолчал, упомянул только, что поддерживает связь с новоявленной королевой гномов, но, оказывается, его помощь не ограничивалась одними дельными советами.

– Но еще больше я рада видеть в здравии вас, княгиня Кроуги, и вас, великие воины, – это она, наверное, про Сетсея и Эфиру.

– И мы рады видеть вас в здравии, королева, – ответила я в ее манере.

Ворон на плече гнома крикнул, и серобородый начал бурчать что-то себе под нос, косясь на демонов. Вот он явно не был рад видеть нас снова.

– Идемте, идемте, – позвал нас Брамли, – мы знаем, вы спешите.