Дэгс напрягся, поначалу встревожившись.

Потом он вспомнил.

Должно быть, Тай — это тот мужчина, из которого он вытащил демона; тот, кого Дэгс схватил, освободив Руби. Сам Дэгс всё ещё размахивал мечом над головой, наблюдая за Юрием и другими демонами, когда низкий голос ответил Феникс.

— Я бы с радостью тебе поведал, — сказал Тай. — Если бы имел хоть малейшее представление о том, что, чёрт возьми, происходит. Или как я сам сюда попал.

Дэгс невольно оглянулся.

Он всё ещё выбрасывал достаточно сине-зелёного огня, чтобы увидеть, как Феникс разговаривает с мужчиной, скорчившимся у ствола дерева. Дэгс даже мог видеть их лица. Он поймал себя на том, что изучает глаза Тая, пытаясь составить о нём какое-то впечатление, хорошее или плохое.

— Что это, чёрт возьми, такое, Никс? — спросил мужчина. — Кто эти люди?

— Сектанты, — перебил Дэгс прежде, чем она успела ответить.

Чёрт подери, да это было более-менее правдой.

И Феникс, и мужчина у ствола повернулись и уставились на Дэгса.

— Сектанты? — скептически переспросил Тай. — Ладно. Сектанты с красными глазами?

Дэгс моргнул.

— Ты можешь это видеть? — Дэгс обернулся, в замешательстве уставившись на него. — У всех них? Или только у того, у которого крылья?

— Я не слепой, товарищ с мечом.

Дэгс не был уверен, как на это реагировать.

Радужки высокого, красивого мужчины теперь казались Дэгсу совсем другими, без демонического блеска в них. Дэгс не мог удержаться и уставился не только в его глаза, но и на всё лицо, на его шокирующе яркую ауру, на всю его сущность. Он правда казался необычайно красивым теперь, когда демонический свет покинул его. Дэгс вспомнил, что Кара узнала Тая и назвала его кинозвездой. Думая об этом сейчас, Дэгс нахмурился.

Ну конечно, он должен был оказаться ещё одним актёром, и, конечно, он должен был оказаться другом Феникс. Он был высоким, мускулистым, необычайно красивым.

Кем ещё он мог быть в Лос-Анджелесе?

Но это не давало ответа на главный вопрос.

Как, чёрт возьми, Тай мог видеть демонический свет?