А в доме повисла тяжёлая тишина осознания.

Где-то за пределами Трёх Миров незадолго до событий в храме

Змей развесился на ветвях мандаринового дерева и лениво постукивал хвостом по недозревшему плоду, раскачивая его из стороны в сторону, демонстрируя крайнюю степень пофигизма.

— Зачем ты это сделал?! — та самая старушка из парка в очередной раз попыталась сбить напарника с дерева своей клюкой. — Какого... ты вмешался в происходящее?!

Змей устал выслушивать претензии, соскользнул с дерева и, ударившись о землю, обратился черноволосым статным мужчиной.

— А ты зачем вмешалась, Джу? Это же ты направила её осенью в Нижний мир. А они должны были встретиться только в это в Рождество и совсем по другой причине! — он смотрел сверху вниз на сухонькую бабульку. 

Впрочем, стоило только её товарищу принять нормальный человекоподобный облик, она тоже сбросила с себя личину. 

Стукнув три раза клюкой, старушка исчезла в вихре розового пламени. И, как только оно опало, перед Змеем предстало само воплощение красоты. Высокая, изящная девушка с полупрозрачными розовыми крылышками за спиной и тонкой волшебной палочкой с сердечком на конце, тряхнула густыми волосами пшеничного цвета и неожиданно для такой милой внешности вперилась — а по-другому и не скажешь — тяжёлым взглядом в коллегу. И не только коллегу.

Сейчас в фее ничего не напоминало ту добродушную маленькую пожилую женщину, которую Женя когда-то встретила в парке.

— Ты начала править их судьбы, я продолжил. И нечего на меня глазки свои синие таращить, — фыркнул Змей.

А, ну вот разве что глаза женщины оставались всё такими же яркими, ничего более.

— Но не насмерть же! — фея взмахнула руками, отчего с её волшебной палочки сорвалось несколько розовых искорок. Разлетаясь, они оставляли за собой тонкий шлейф сладковатого аромата роз.

Обычно этот запах успокаивал парочку, но не в этот раз.

Змей только фыркнул:

— А ценить надо было то, что имели. Но вообще, это ты их раньше времени столкнула, не так ли?

— Ахи́га! Они бы не встретились без моего вмешательства, и ты прекрасно об этом осведомлён. В жизни девчонки пошёл знатный перекос, она только каким-то чудом умудрилась сохранить свой внутренний свет в сложившейся ситуации... 

— Ничего не знаю. Это их проблемы, что не смогли друг друга уберечь.

— Но проклятия-то зачем такие было насылать? Можно было выбрать что-нибудь попроще, чтобы пусть и с проблемами, но снять реально было по-нормальному, а не заменой одной души на другую. Он же умрёт ради неё! А она будет себя всю жизнь корить за то, что не поняла, не смогла остановить...