Надо бы летом запастись дровами получше, иначе так и придётся каждую зиму бегать в лес. Да кто ж знал, что так выйдет? Старший брат пропал ещё весной, до конца лета его искала и Аря, и люди из ближайшей деревушки. Было не до забот о зиме. А потом других дел и волнений прибавилось, и спохватилась Аря поздно. Зимы здесь ранние. И суровые. Ну да ничего!

Местные предлагали ей, совсем ещё юной, внешне так вообще ребёнку, хоть и исполнилось Арюшке уже достаточно, чтобы замуж выйти, переждать зиму у них. Просто так, бесплатно, за посильную помощь в хозяйстве. Но она отказалась.

Лес, что стеною возвышался за её домом на отшибе, нисколько её не страшил. Как и одиночество.

Впрочем, одиночества и не было.

Пёс, белоснежный и огромный, точно медведь, сейчас следовал за ней, навьюченный связками хвороста, по пятам.

Её верный помощник и друг. А в хижине ждёт их старый кот, сквозь чёрный мех которого пробивается седина, и прирученная большая крыса, которая замирает каждый раз, когда он или пёс оказывается рядом. Замирает и не может сделать ничего, даже убежать. Вот только всем, кроме Арюшки, она безразлична, поэтому пугается зверёныш зря.

Вот показались вдали окна хижины, горящие тусклым оранжевым светом, будто подмигивая хозяйке, подбадривая её. И Аря ускорила шаг, да споткнулась обо что-то под снегом.

— Ай, — упала, выпустив из рук хворост, и пёс принялся обеспокоенно тыкаться в неё холодным и влажным носом. — Всё хорошо, — смеясь, шутливо оттолкнула она его и поднялась, принимаясь отряхиваться от снега.

Пёс, недолго думая, схватил облепленную белыми хлопьями палку и положил к её ногам. Затем поднял другую и стал ходить по кругу, будто прорывая вокруг хозяйки траншеи в снегу.

— Ну, помощник, помощник, — одобрительно отозвалась она, поднимая хворост. — Эх, придётся теперь просушить его… Смотри свой не урони!