— Иви?

Из гостиной снова вышла Ева; руки были опущены вдоль тела, а на лице отражалась растерянность.

— Почему у меня в гостиной сидят два связанных человека?

Эпилог

Эпилог

Он стоял снаружи, держа руки в карманах и поджимаяя губы в мрачную линию. Паб был ярко освещён и полон народу. Каждый раз, когда дверь открывалась, чтобы впустить новых посетителей, раздавались звуки ужасающей музыки. Он полуобернулся, собираясь уйти. Всё это — бессмысленная затея. Разумнее всего было прямо сейчас уйти домой. Нужно писать отчёты, и он знал, что совсем скоро получит новое трудоёмкое задание, которое будет занимать все его дни и ночи. Кроме того, она не хотела видеть его там.

Дверь снова открылась, и наружу вывалилась компашка друзей, направившаяся к нему с хихиканьем и спотыканием. Внутри музыка стихла, сменившись трескучим голосом.

— Наша следующая жертва — несравненная Иви Уайлд, которая… — дверь захлопнулась, заглушив слова.

Винтер вздохнул. И ноги сами понесли его в паб мимо счастливой компашки.

Друг Иви (если он правда приходился ей другом) подталкивал её к небольшой сцене. Она смеялась, её светлые кудряшки подпрыгивали и мерцали на свету, но даже с такого расстояния Винтер видел нежелание в её глазах. Она повернулась в его сторону, вздёрнув подбородок, и Винтер резко свернул в сторону бара и поймал взгляд бармена.

К тому времени, как у него в руках оказался виски, Иви была уже на втором куплете. На её щеках играл румянец, а пальцы, цеплявшиеся за микрофон, дрожали. Она не была плохой певицей, но из-за отсутствия энтузиазма на неё было больно смотреть. Он бы хотел, чтобы она не раскачивала так бёдрами. Эти движения только подчёркивали её изгибы, и несмотря на качество виски, во рту у него неприятно пересохло.

Вопреки её нежеланию толпа, казалось, оценила её усилия. Они громко кричали и одобрительно хлопали. Чем больше они кричали, тем более уверенно Иви пела и двигалась. Наконец, она вернула микрофон обратно на стойку и сменила чувственные покачивания бёдрами на более энергичные движения. Чего никто не заметил, так это того, что она всё ближе и ближе подходила к краю сцены. Падать было невысоко — меньше метра — но она явно выпила один-два бокала и могла пораниться при падении. Так Винтер убеждал себя, прокладывая себе путь через толпу поближе к ней.

— Ой! — толстяк, держащий в руках кружку с остатками пива, уставился на него. Винтер пробежался по нему взглядом, и этого было достаточно, чтобы тот немедленно умолк. Винтер удовлетворённо кивнул.

Он как раз добрался до сцены, когда Иви начала кружиться с пугающей скоростью, словно пытаясь сделать пируэт. Её искрящий взгляд остановился на нём, и глаза распахнулись. К несчастью, её удивление стало её погибелью: ноги её продолжали двигаться, но тело не следовало за ними и, словно в замедленной съёмке, она начала заваливаться вперёд. Винтер не медлил. Он подобрался, протянул руки и поймал её.