— Вот мне тоже интересно, зачем? — парнишка таки приоткрыл видимый глаз и пытливо посмотрел на друга. — Вот на кой, а?

— Просто так, — рыкнул на него элисид. — Не захотел колдун, чтобы пока он был в гостях, королева умерла. Ну. И в благодарность за хорошее вино.

— Придурок, — припечатал Катахар и снова откинул голову назад.

— Твое мнение вот действительно что-то значит, — невесело ухмыльнулся парень — Заткнись и слушай дальше. Ровно год ушел у не-колдуна, чтобы вернуться в реальный мир. За это время он бесчисленное количество раз пожалел, что вообще ввязался в это дело, но вернувшись и навестив королевскую семью, понял, что в принципе был прав. Для него платой был год во тьме, а для них это был бы конец. Поэтому возмущение, что он так вот не попрощавшись, ушел в прошлый раз, он выслушал с бесшабашной улыбкой. Но в этот раз надолго задерживаться не стал. Он уже подарил им шанс прожить в счастье дольше, чем было уготовано, а для его вида это было поступком из ряда вон. И он ушел, прихватив с собой бутылочку прекраснейшего королевского вина, и не показывался в этом доме еще… лет двадцать, пожалуй.

Он ухмыльнулся уже веселей, все-таки отпил принесенного кофе и качнул головой. А я смотрела на него круглыми глазами и понимала, что ничего не понимаю. Колдун-неколдун, способный вернуться с того света? Учитывая его собственное недавнее воскрешение, уж не себя ли он подразумевает под этим героем своей странной сказки? Но… Что все это значит?

— Когда в следующий раз он решил вернуться… — Шеридан сделал глубокий вдох и прикрыл глаза, отчего создалось впечатление, будто он погружается не просто в историю, а в воспоминания. — Город пылал. Огромное для того времени количество людей погибло. Они лежали кто где, и их кровь, лужами залившая мостовую, блестела в отблесках пожара, а едкий дым наполнял воздух привкусом горечи. Он шел среди тел, среди всей этой смерти, и видел жнецов, что кружили по городу, забирая души в их новый мир. Он не стал бегать, искать своих друзей, не стал приставать к жнецам. Лишь увидев знакомого жнеца, он остановил его и спросил, как это все же случилось. А узнав, долго смеялся, не веря собственным ушам. Смерть иногда бывает очень изобретательной. Люди такую называют, отчего-то «глупой». Он не стал спрашивать, забрали ли уже короля. Не нужно было быть семи пядей во лбу, чтобы понять, что все это — творение именно королевских рук. И что ту тварь, в которую превратился потерявший любимую король, не убить простым смертным. Да и воинам его клана тоже. Поэтому, не скрывая ироничной улыбки, он пошел дальше, уже зная, что должен сделать.