Самому ему категорически претило что-то самолично менять в этой квартире. Это было словно какое-то предательство, едва ли не святотатство. Но что поделать, если других мест для проведения ритуала не наблюдалось. Точнее какая-то часть Нейтана просто боялась покидать эту квартиру лишний раз.

На подготовку ритуала ушло не так уж много времени. Через открытую дверь Нейтан видел, что перетаскиванием мебели в основном занимались Эд и Дарэл, в то время как колдуны специальными растворами чертили дополнительные символы на стенах. Марианна стояла в дверях кухни и нервно теребила декоративный поясок на своей кофте, а дракон… Дракон благополучно свалил по своим суперважным делам, чему в данный момент Блэкэт был даже рад. Ибо после встречи с Алексис парня не покидало желание ото всей души дать дракону в челюсть. Как минимум.

И вот участники ритуала сели в круг. Точнее в круг сели Ариа, Беартис и Мари, а Нейтана усадили в центр и приказали думать о Лиане и ни о чем другом. Будто он о чем-то другом вообще мог думать.

Суть придуманной блондином связки была в предположении, что способности Мари по критериям своего действия отличаются от стандартного поискового заклинания. Поэтому он собирался использовать свою телепатическую способность, чтобы создать с разумом ищейки связь и вплести ее способности в очень старое, несколько вариативное заклинание поиска, а само заклинание основать на стремлении Нейтана найти свою девушку. Связка, должна была усилить бесполезные по отдельности вещи, все же пробить защиту элисида и показать, где же находится искомый человек. Если все это сработает, то способности связанной ритуалом с остальными Арии должны бы вывести упомянутую мысленную карту Мари в видимый режим. Проще говоря, сделать этакую световую 3d голограмму со всеми полагающимися мигающими точками.

Это даже в теории звучало, как бред. Но Беартис был прав — особого выбора у них не оставалось.

Беартис некоторое время играл с Мари в гляделки, потом прижался своим лбом к ее, что-то тихо пробормотал и сел прямо, протянув сестре руку. Пока они замыкали круг, Нейтан раздумывал над тем, что если бы не эта странная связь «слуга-господин», ищейка никогда бы не согласилась на участие в этом ритуале. Но как только все трое взялись за руки, и глаза колдунов вспыхнули светом, парень обратился мыслями к Лиане, стараясь сконцентрироваться именно на своих чувствах к ней, а не на своем ощущении ситуации.

Прикрыв глаза, он все больше сосредотачивался на образе Лианы, постепенно просто погружаясь в воспоминания былых дней, когда она еще была рядом, и они были счастливы. Монотонный речитатив заклинания становился все тише и тише, заглушаемый голосами из прошлого, радостным смехом, нежными словами и умилительно гневными отповедями. Воспоминания вспыхивали одно за другим, проводя его по самым счастливым моментам его жизни, и из-за этого Нейт не сразу заметил, что все эти картины все сильнее и сильнее заливает непонятный золотой свет. А когда заметил, оказалось, уже было слишком поздно — яркая золотистая вспышка поглотила его сознание, выбросив куда-то в средоточие этого самого золотого света. Создавалось впечатление, что парень сам излучает этот свет, и это было скорее страшно, чем мило.