— Кажется, ты и Алан стали ближе, чем мы с ним.

— Я помню его смерть. В новой жизни он стал моим якорем, который тянул обратно, в этот мир. И после я жила желанием спасти его и тебя. Так что да, наши отношения зашли несколько дальше.

— Кстати, о смерти и спасении. Как тебе выход Лидии? По-твоему, она что-то знает?

— Понятия не имею. Ты не в курсе, но в один из дней, ещё до покушения на вас с Аланом, в Ледяном пике проходила встреча Грэма с союзниками. Лидия была на ней, видела меня и с ходу разобралась в наших с Грэмом отношениях. Алан тоже догадался о том, кто я такая, но у него было больше зацепок. Надеюсь, Лидия сделала не все нужные выводы.

— Она определённо что-то задумала.

— Согласна. Расслабляться нам нельзя и нужно предупредить Грэма.

— Когда он придёт в себя, — я удручённо покачала головой, подумав о тяжёлом состоянии владыки.

Ева залпом осушила половину бокала.

— Что ж, теперь мы видели, как выглядит полная трансмутация эрзаров.

— Она опасна.

— Да. Я вот что хотела сказать... Грэм объяснил тебе многое, но эту деталь не раскрывал. Наверное, забыл или посчитал лишним. На тебя и так обрушилась куча откровений. Словом, из нас двоих об опасности трансмутаций было известно только мне.

— Не понимаю, — я растерянно похлопала глазами.

— Во время ар'гоэна, когда владыки начали меняться, я очень испугалась, что Грэм не вернётся, что звериная сущность одолеет его. Ты почувствовала это.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Хочешь сказать, я тоже читаю твои мысли?

— Скорее я влияю на тебя. Ты отзываешься на мои чувства, эмоции, желания, когда они становятся слишком сильными и сосредоточены на том же, что видишь и делаешь ты. Контролировать это проще, чем чтение мыслей, но в такие моменты я путаю свою и твою реальность, прости, — она виновато понурилась.

Пришло время мне сделать большой глоток вина, а после ещё один и ещё.

— Что там говорил Линардариас? — вздохнула я, когда бокал оказался пуст. — Что ты не найдёшь покоя всю оставшуюся жизнь? Так, кажется? Это неправильно и нечестно.

— Мы обманули магический парадокс.

— Ради меня и Аланстара. Если платить придётся и мне, пусть так и будет, но я не хочу считать это расплатой, понимаешь? Когда всё только случилось, я не понимала, что делать дальше, и почти не слышала Грэма, который говорил правильные слова. Надо научиться жить с тем, что мы имеем. Обещаю, что постараюсь это принять.