Тьфу на них!

Я тут маюсь, пытаюсь понять, что делать с выбором, которого нет, куда мы идём, что будет дальше и когда Эветьен выскажет честное мнение о моих кувырканьях с его братцем, а он их фактически приветствует! И Тисон не парится, пока Эветьен меня прямо на столе… имеет. Офигительное воспитание! Охренеть можно!

Отложив книгу на столик, погасила свет и сползла вниз по подушке.

Сама виновата. Не надо было вешаться ни на того, ни на другого. Вон, лучше бы с Саши пофлиртовала, авось, и увёз бы он меня в далёкую прекрасную Вайленсию, где относился бы ко мне со всем должным почтением. Или Стефанио глазки построила бы, чтоб не хуже, чем Брендетта…

В том-то и беда. С Саши и императором флиртовать не хотелось, хотя мужчины хоть куда.

А от этих адептов полиамории теперь не знаешь, куда деться.

Чёрт, делить меня по вайленским традициям им нормально, может, поначалу немного некомфортно было, но потом привыкли, умницы мои, а рассматривать как главную в нашем тройственном союзе уже не то, сразу издержки жизни в патриархальном обществе просыпаются. Мужики сказали, мужики сделали, а мне, женщине, только и остаётся, что кивать смиренно, соглашаясь безропотно со всеми их решениями великомудрыми.

Да и обеты по-прежнему есть. Жениться на мне Тисон не сможет при всём желании и чем бы мы тут ни занимались, хоть вдвоём, хоть втроём, хоть ещё десяток людей пригласим для целой оргии, но рано или поздно ему придётся вернуться в храм. Что его там ждёт? Возможно, то, о чём рассказывала Жизель. Возможно, обойдётся без кровавых жестокостей и его просто выставят с позором из ордена. Возможно – этого я тоже не исключала с некоторых пор, – закроют глаза при условии сохранения тайны и отсутствия повторения опасного прецедента. Почему я пришла к такому выводу? Эветьен уверял, что клятвы для брата всё и примеру других рыцарей, заглядывающих периодически в бордели, он не следовал, однако грызло меня нынче сомнение немалое, что Тисон действительно все десять лет целибат соблюдал. Как-то… не похоже. Вряд ли он по публичным домам регулярно бегал, но чтоб вообще никакого секса весь срок?

Я не Станиславский, однако ж всё равно не верю.

Сон подкрался незаметно. Снилось какая-то фантасмагория: я в одном из этих дурацких розовых платьев гуляла по улицам родного земного города и над крышами типовых девяти и четырнадцатиэтажек неспешно, горделиво плыли воздушные корабли. Не плоские деревянные корыта этого мира, а настоящие старинные корабли с матчами и надутыми ветром белоснежными парусами. По асфальтированным дорогам сновали автомобили начала двадцатого века, резко контрастирующие что с кораблями, загораживающими солнце, что с прохожими, одетыми по моде на век позже. Возле меня остановилась блестящая чёрная машина, и из салона вышел Тисон, весь такой красивый и элегантный в костюме лондонского денди. Снял шляпу, протянул мне руку, я несмело улыбнулась в ответ, думая лишь, как я с этим чёртовым подолом буду в такую тачку залезать…