Глава 27
Глава 27
Стоимость нового гардероба ощутимо подросла в цене уже во время визита к арайнэ Фалианне, одной из лучших столичных портних. В имперской валюте я не ориентировалась, но логика намекала ненавязчиво, что услуги мастерицы, обшивающей длинный список принятых при дворе фрайнэ, едва ли могут быть рассчитаны на эконом-класс. Ко всему прочему я узнала наконец, сколько всего требуется добропорядочной фрайнэ высокого рода, не суть важно семьи или супруга. Особых ограничений по цветам не было, и замужняя, и незамужняя фрайнэ могла отдавать предпочтение любой цветовой гамме и потому не вполне понятно, зачем император вывалил на меня столько платьев дебютантки. То ли счёл, что белый и розовый более предпочтительны для юной девушки, то ли такой заказ попался.
Помимо снятия мерок, озвучивания перечня всего, что должно быть сшито для будущей фрайнэ Шевери, и расстановки приоритетов – что пойдёт в первую очередь, а что может обождать немного, – мы окунулись в водоворот последних светских сплетен. Темой дня и недели было, естественно, скорое оглашение имени суженой Стефанио. Дамы, приезжающие к арайнэ Фалианне для примерок, заказов и за готовыми нарядами, терялись в догадках относительно личности следующей супруги императора, активно строили версии и бурно обсуждали, как всё изменится при дворе с появлением новой без пяти минут императрицы. При нас клиенток было мало, мать с юной дочерью на выданье и две молодые женщины, щебечущие без умолку. Диана тут же присоединилась к ним, легко включилась в беседу и уже через десять минут принесла мне свежие новости из дворца.
Фрайн Витанский прибыл в столицу в день нашего переезда и публично выразил негодование касательно неподобающего обращения с его единственной драгоценной дочуркой. Имел личную беседу со Стефанио, после коей увёз Брендетту в городской дом Витанских, где девушка и находилась поныне в ожидании собственно оглашения.
Жизель и Нарцисса никуда переехать не могли и потому по-прежнему оставались во дворце на положении недопретенденток. Нарцисса вроде чувствовала себя лучше, подробностей, увы, выяснить не удалось – здоровье дев жребия сплетниц волновало мало. Никто не считал, что Жизель, эту целестианку наполовину, назовут суженой франского императора. Рейтинг Нарциссы был чуток повыше, в её пользу говорило более чистое, по сравнению Жизель, происхождение и относительная принадлежность к могущественному северному роду Элиас, но чрезмерная набожность и очевидно слабое здоровье, по мнению общества, зарубали все плюсы на корню. В целом, клиентки арайнэ Фалианны сходились на кандидатуре Брендетты как единственной достойной фрайнэ в четвёрке. И, дескать, потому её перевезли из дворца в фамильный особняк, что совсем скоро ей предстоит занять место подле Стефанио.