В процессе выяснилось, что наручники на мне не простые, а… нет, не золотые. Хуже. Блокирующие любое проявление магии, включая способность к смене ипостаси, отрезающие доступ к внешним источникам силы и не позволяющие воспользоваться собственным резервом. Человеческое же тело куда более хрупкое, уязвимое и быть беззащитной девушкой в такой момент хотелось меньше всего.

Привезли… куда-то. Ехали вроде недолго и сдвига в пространстве, неизбежного при переходе через портал, я не почувствовала, однако место всё равно не узнала. Двор, мощённый камнем и окружённый глухим забором, и мрачная шипастая громада здания неизвестного назначения. В здание меня сопроводили под торжественным конвоем, втолкнули в помещение размером чуть побольше давешнего саркофага и заперли массивного вида дверь.

С внешней стороны заперли.

Наручники не сняли и не поменяли на идентичный ошейник, не слишком элегантный, но хотя бы дающий свободу рукам.

И вот сижу я на узком жёстком лежаке — единственный предмет обстановки, кстати, — любуюсь голыми каменными стенами и кусочком тёмного неба за зарешечённым окошком и пытаюсь перспективы оценить. Крупно я попала или удастся уболтать?

Сидеть пришлось до рассвета.

Когда заплатка неба посветлела, руки в плотных перчатках употели, а количество мало-мальски удобных поз, в которых можно было находиться в моём положении, закончилось, за дверью послышались шаги. Щёлкнул отпираемый замок, створка распахнулась, и в камеру вошёл мачо.

Правда, не шибко загорелый.

И не факт, что мускулистый, — свободное чёрное одеяние скрадывало линии тела, пряча фигуру в ниспадающих складках.

Зато у мачо длинные тёмно-каштановые волосы вьющимся каскадом, томные зелёные очи, брутальная щетина и общая повышенная смазливость из тех, что вызывали фанатичный восторг у юных человеческих дев.

Никогда-то таких красавчиков не жаловала.

Дверь за типчиком закрылась, он сделал шаг и замер, поскольку на втором рисковал запнуться о мои ноги, вытянутые поперёк камеры.

— Не могли бы вы?.. — начал мачо, смерив собственно ноги до обидного быстрым, равнодушным взглядом.

А ножки очень даже ничего, и лёгкие сандалии на ремешках и короткая туника только подчёркивали их длину, стройность и аппетитность. Коленки, правда, немного грязные после ползанья по земле, но капля неопрятности ещё не повод глядеть на них, словно на обычный, не стоящий внимания пол!

— Что? — нелюбезно поинтересовалась я, раздосадованная нулевой мужской реакцией.

— Ничего, — мачо повернулся ко мне лицом, осмотрел оценивающе.— Надеюсь, вы осознаёте, в сколь трудной ситуации оказались?