— Разве? — на всякий случай я выпрямилась, села ровнее и ноги подтянула.

— Нарушение границ частной собственности, принадлежащей господину Эммануилу Горински…

— О-о, так я нарушила границу чужих владений? — я постаралась изобразить самое искреннее, наивное удивление, на какое только была способна. — Нижайше прошу прощения, я не знала! Правда-правда! Там было темно и я, должно быть, не заметила, как свернула не туда…

— …взлом охранной системы…

— Я ничего не трогала! И я не умею взламывать эти ваши… системы!

Только чуток поколдовала над оной, дабы проскользнуть внутрь периметра, не потревожив сигнальный контур.

— …и незаконный сбор мандрагоры, — занудным тоном завершил мачо перечисление моих прегрешений.

— Это была мандрагора? — не сдавалась я. — Настоящая?

— А вы полагали, будто картошку копали? — с толикой иронии осведомился тип. — Ночью на чужом поле?

— Нет, — к удивлению я добавила выражение глубокого потрясения от услышанного. — Имбирь…

— Имбирь?

— Д-да…

— Что ж, официально заявляю, это был отнюдь не имбирь.

— П-простите… — униженно залепетала я. Может, слезу пустить для пущего эффекта? — Я не знала, честное слово…

— Незнание законов не освобождает от ответственности за их нарушение, госпожа… — меня одарили вопросительным взглядом.

— Малка.

— Малка? — с презадумчивым видом повторил тип. — Странно.

— Что же тут странного?

Имя как имя, по всему королевству в каждом мало-мальски приличном человеческом поселении хоть одна Малка да бегает.

— Мне казалось, при рождении вас нарекли Халциона. Из рода Пепельного гранита.