Гонец из Реана прибыл поздним вечером, но Король Крайт Смелый принял его сразу.

- Ну? – спросил он, протягивая руку. Гонец вложил в неё скрученное в трубочку письмо.

Крайт Смелый быстро пробежал глазами те несколько строк, что были в послании.

- И всё же наследник, - задумчиво сказал он и перевёл взгляд на лорда Дейгира. – А девчонке, похоже, благоволят боги. Она не только осталась жива после интуга, но и успела родить сына.

- Срок был оговорён в условиях вашей с сиром Гевардом игры?

- Игры? – поднял бровь король. – О чём ты говоришь, мой друг? Разве кто-то имеет право играть жизнью наследника короны?

- Простите, сир, - склонился Дейгир. – Я оговорился.

- Да уберегут тебя боги от подобных ошибок, - усмехнулся Крайт Смелый и прошёлся по кабинету, остановившись у камина. – Я должен был дать шанс старшей из Гритов. Скажу честно, надежды на её мужа не было. Не всякая женщина сможет перешагнуть через оскорбление и стать верной женой для человека, который растоптал её честь. Но варвар удивил меня. Кажется, он искренне её полюбил и сумел завоевать нашу гордую леди Илис. Что ещё мне остаётся делать? – король развёл руками. – Ребёнок родился в законном браке, по праву наследования и старшинству он ближе к трону, чем дети, которых подарят нам леди Диги и леди Нира. Распорядись, чтобы имя лорда Лайона де Грита, герцога Реанского, как можно быстрее вписали в Книгу родов. Думаю, можно назначить церемонию на начало следующей недели.

- Да, сир, - снова склонил голову Дейгир. – Правильно ли я понял, что герцог будет постоянно жить в Реане? А как быть…с поместьями?

- Не думаю, что в ближайшее время у леди Илис появятся средства, чтобы возродить развалины, которые им достались по договору, - усмехнулся король. – Да и сына они не бросят. Но право владения у них никто не отнимет. Думаю, герцог Лайон не последний их ребёнок. Надо же им будет где-то жить, когда вырастут.

Год спустя.

…Малыш заплакал, и Таур неслышно поднялся, склонившись над кроваткой. Лайон увидел отца и разулыбался. Варвар усмехнулся в ответ. Этот маленький хитрец уже понимал, что с отцом слёзы не пройдут.

Мужчина вынул сына из колыбели и, закутав в одеяльце, тихо вышел из комнаты. В последнее время они нередко гуляли по ночам, чтобы не будить Илис. Конечно, когда у Лайона резались зубки, помочь и успокоить могла только мама, зато в другое время он охотно гулял с отцом, и, хотя малыш ещё не разговаривал, мужчины отлично понимали друг друга.