Мне вдруг стало интересно. Да, мы, согласно легенде, предназначены друг другу, но… Орион живет уже тысячу лет и не был заперт, как я, в библиотеке под толщей бесконечных фолиантов.

— Почему я?

Оглянувшись через плечо, посмотрела в глаза принца и хотела найти там ответ.

— Я задавался этим вопросом множество раз.

Он сильней сжал меня в объятиях и втянул воздух рядом со мной.

— Только свет может разрезать тьму. Там, в том доме, где мы впервые встретились, ангел показал демону, что такое — всепрощение. Ты, отбросив все предрассудки, помогла умирающему вражескому солдату. Ты не думала дважды, ты откликнулась на зов сердца. А я, прожив так долго, заблудившись в поисках себя, задался вопросом — «почему»?

— Почему? Разве нужна причина, чтобы помочь нуждающемуся? — задала вопрос на вопрос, не понимая, почему он спрашивает о таком.

Среди полумрака его яркие глаза цвета моря под лучами солнца вспыхнули. Он, прожив среди жестокости, вечной охоты Небес за рождённым в Серебряном городе ребёнком, не доверял никому. Не ангел, не демон, не человек.

— Ты мой свет, что разрезает тьму, рассеивая мрак!

Протянув руку к его лицу, как могла, запечатлела на его губах поцелуй.

— Я люблю тебя, мой принц!

Он дёрнулся. Мы переместились на другую сторону ванны. В тело врезались уголки бордюров.

— Ай!

Несколько полотенец легли на плитку, и Орион, приподняв меня, уложил на ткань.

— Ты будешь сходить с ума от наслаждения.

Он начал кусать кожу спины, спускаясь всё ниже и ниже.

— Стой!

Руки, что ласкали тело, замерли. Я развернулась лицом к своему принцу.

— Я хочу попробовать тебя!

Орион склонил голову и замычал. Наши глаза встретились.