– Руки прочь, несчастный пьяница. Я ни за что за тебя не выйду.

Риан встал и взял свободную руку Эйвы. Он отвесил ей низкий поклон и поцеловал ей руку, как королеве.

– Тогда выходи за меня, Эйва, – сказал он. – Я буду любить тебя вечно.

– Плохие мальчики – моя слабость, – хихикнула она и, потрепав Риана по щеке, оттолкнула его прочь от себя. – Но я меняла вам обоим пеленки, и, уж поверьте, мне еще тогда хватило вашего дерьма. Эйвин, согласись, эти двое просто невыносимы.

Я прикрыла рот рукой, скрывая хихиканье.

Риан рухнул на пол и притворился, что умирает трагической смертью.

– А ты что скажешь, зверушка? – Эйва обернулась через плечо и игриво подмигнула Рори.

Он встал и неторопливо подошел к ведьме, а затем подхватил ее на руки и чмокнул в тонкие губы.

– Я не осыплю тебя драгоценностями и золотом, ведь я не королевской крови, но зато не дам тебе уснуть до рассвета.

Эйва запрокинула голову и громко рассмеялась. Ее хохот эхом отразился от высоких окон.

– Вот этот жених мне по душе. – Она погладила Рори по щеке морщинистой рукой. – Я вся твоя. Когда свадьба?

– Сейчас. – Он решительно кивнул и вышел за дверь, держа Эйву на руках. Ее смех еще долго разносился по коридору.

– По субботам мы делаем предложение Эйве, – пояснил Риан, откинувшись на спинку стула.

– Каждую неделю она выбирает себе нового жениха. Но это чаще всего Рори, – пробубнил Тайг, допивая остатки вина.

– Она, должно быть, святая, раз изо дня в день терпит ваши выходки.

Рори вернулся с небольшой корзинкой и плюхнулся на свой стул.

– Боже, храни эту женщину. Я из-за нее скоро в дверь не войду.

– Что она дала тебе на этот раз? – спросил Тайг, потирая руки.

Рори поставил корзинку в центр стола и стянул с нее полотенце. Внутри лежали тарталетки в форме сердечек с грушевым конфитюром. Рори наклонил корзинку ко мне. Я выбрала самую маленькую тарталетку и положила ее на скатерть рядом с пустой тарелкой.

– Обожаю субботы, – сказал Рори, набивая рот тарталетками.