Я проигнорировала миску с заплесневелым хлебом и стакан вонючей воды, которые просунул под дверь камеры пожилой тюремщик. Я закрыла глаза и молилась всем богам, кто готов был меня слышать. Просила прощения за то, что убила человека. Сожалела о своем грехе.

Да, я хотела жить, но меня казнят заслуженно. Такое преступление, как убийство, не сошло бы с рук даже человеку, не то что ведьме.

По крайней мере, я старалась думать именно так.

Потому что каждый раз, когда я думала о несправедливости вынесенного приговора, во мне закипал гнев. Мне хотелось сжечь тюрьму дотла вместе со всеми, кто здесь находится.

Кто-то ударил ногой по железным прутьям камеры. Я открыла глаза и увидела Риана, стоящего по ту сторону решетки со скрещенными руками и хмурым взглядом. Мерцающее пламя свечи отражалось от влажных стен и орудий пыток.

– В какую переделку ты вляпалась на этот раз? – протянул он.

Тюремщик остался сидеть на табурете, свесив голову на грудь.

– Уходи, – прохрипела я. Кожа на моих губах потрескалась.

– С тобой не так весело, когда ты предаешься унынию. – Риан пнул тюремщика по сапогу. – Не потрудишься объяснить, почему эти кретины называют тебя ведьмой?

Я убрала спутанные волосы с глаз и поморщилась, когда наручники коснулись кожи на запястье.

– У них просто в голове не укладывается, что благовоспитанная леди способна убить сильного и властного мужчину.

Бездонные глаза Риана вспыхнули.

Контролировал ли он себя? Или же королева издевалась надо мной сейчас, даря ложную надежду на спасение?

– И как ты это объяснишь?

В его ладони появился изогнутый кинжал, который я выронила в переулке.

Я даже не буду пытаться что-либо объяснить, потому что перестала понимать, что происходит.

– Я не могу. – Подтянув колени к груди, я уставилась на ведро в углу. Последние остатки моего достоинства исчезли в тот момент, когда мне пришлось воспользоваться этим ведром, чтобы облегчиться.

Риан шагнул вперед.

– Покажи запястья.

Не желая тратить остатки сил на бессмысленные споры, я протянула ему руки.