Артур хватает меня за руку.
– Все в порядке, – шепчу я так тихо, чтобы Моргана не услышала тоже. – Гвен и с худшим справлялась.
Он качает головой.
– Лорд Уред не собирается сражаться честно, у нее нет ни шанса.
– Гвен на тебя непохожа. Если он будет сражаться нечестно, то и она тоже. – Я киваю в сторону поля, где лорд Уред подходит к Гвен, но та реагирует мгновенно.
Она делает шаг в сторону, словно кошка, и ставит ему подножку. Уред спотыкается и падает с таким громким ревом, что под ним содрогается земля. Он выпускает меч из рук, и Гвен пинком отправляет его подальше.
Лорд Уред пытается подняться, и Гвен бьет его – не щитом, а рукояткой меча. От моего внимания не ускользает то, что она могла бы закончить бой здесь и сейчас, просто приложив лезвие к его горлу. Но она с ним играет. Это месть за сломанный нос.
– Осторожнее, сэр Ланселот. – Отец поднимается с места. – Еще одна такая выходка, и вас придется дисквалифицировать.
– Мои извинения, милорд! – Гвен понижает голос и в самом деле звучит почти как Ланс. – Меч соскользнул.
Она даже не пытается придумать убедительную ложь. Мне показалось, или на губах отца в самом деле мелькнула улыбка?
«Покончи с ним!» – рвется из моей груди, но я молчу. Иллюзия может исчезнуть в любой момент.
Но Гвен не торопится, и я лишь чуть позже понимаю почему: она больше никогда не сможет сражаться в открытую, против того, кто не побоится ей навредить. После этого ей снова придется стать принцессой, а потом – королевой. Вскоре в ее жизни будут лишь платья, дипломатия и хорошие манеры… но не сегодня. Сегодня она берет меч и сражается, выпускает всю ярость, которую ей придется сдерживать.
У лорда Уреда нет шансов.
Она кружит рядом с ним, прыгает, бьет. На лице Ланселота появляется другая, знакомая улыбка. Гвен – кошка, играющая со своей добычей. Когда она наконец приставляет меч к горлу лорда Уреда, мне даже жаль, что все так быстро закончилось. Для нее.
Отрываю взгляд от Гвен, и только теперь понимаю, что Моргана больше не наблюдает за битвой: она смотрит прямо на меня. Она все поняла. Ланселот никогда бы не нарушил правил, даже если кто-нибудь нарушил бы их первым. И этот голос, голос Гвен… она смогла обмануть всех, но не Моргану. Она знает, что это магия.
Может, Моргана почувствовала ее в воздухе. Или в своем сердце. Может, уловила ароматы жасмина и апельсинов.
На ее лице отражается удивление, а затем неверие, отрицание… гнев.