Ночью она прибрела в полуразрушенный квартал, снесённый взрывной волной чудовищной силы. Адрес приблизительно этого места и дал хитрый Олег хозяину клуба. Народ отсюда отселили за черту столицы. Им не повезло. Как и ей. Они стали провинциалами. Думая всякую чушь о неизвестных людях, здесь живших до того страшного происшествия, когда с неба на близко расположенный к этому кварталу Телецентр упал огненный гигантский шар, она на самом деле спасалась от отчаяния. У её отца и матери были и другие дети, родные. Она была приёмыш. Этого от неё и не скрывали. Конечно, они её любили. Но чем они могли помочь теперь, когда она стала падшей, пусть и не по своей вине. Всю ночь она провела в раздумьях, укрывшись в каком-то коробе без окон и дверей, замотавшись в грязный половик, оставшийся тут. Из него сыпался песок, но ей было всё равно.

Пустое жилище, как ни странно, сумело сохранить остатки тканей, которыми были обиты стены. Какое-то время, пока было светло, она, уплетая купленные сладости, рассматривала красивые пейзажи, вытканные на стене. Выдуманная страна, вместо земли облака, возле ажурного дворца прелестная девушка с развевающимися волосами смотрит вниз на маленькие домики и сады людей, на холмы, затканные цветами. Вспомнилась Уничка с её воображаемыми полётами. Несмотря на пыль и на облинявшие краски, картина впечатляла чудесной выдумкой, сожалением о невозможности существования в заоблачных мирах.

Когда стемнело, Колибри встала и содрала часть плотной, но обветшавшей обивки, легла на половик и укрылась этой ветошью, бывшей не так уж и давно нарядным и уютным элементом декора личной скорлупы неизвестного человека или целой семьи. Закутавшись больше от страха, чем от прохлады, и став похожей на кокон бабочки, она продолжала раздумывать, ибо больше делать ничего не оставалось. В какое такое будущее она вылезет из своего кокона завтра утром? Бездна вовсе не думала быть отменённой. В отличие от полётов в облаках вместе с Олегом. Но его превосходящие понимание машины — сферы не были волшебством, если и чудом, то чудом инопланетной техники. В небе нельзя было ходить по облакам, там не было ажурных дворцов.

Вспомнились мечты об ажурной спальне с игрою утренних лучей, проникающих через прорези в стенах, увитых цветами, листьями и стеблями экзотических лиан, о зелёном, изготовленном на заказ платье для обряда в Храме Надмирного Света. Вслед за этим вернулась память о содроганиях во мраке реликтовых чувств в объятиях инкуба — посланца этой бездны, — чувства эти уже перестали принадлежать её существу. Но из бесформенной возникшей наличности этой бездны вдруг слепилось грубое лицо с характерной мужественностью утрированных черт, ужаснувшее там, в родном городке, и ставшее необходимым впоследствии. Только вместо искажающих его страсти или гнева, оно выражало печаль и зов, направленные к ней. Вернуться к Чапосу? Чтобы попасть в подвал к паукам? Да она даже не знала, где в нагромождении улиц и площадей находится то обиталище продажной любви. И не могла знать о том, как метался он по столице в её поисках.