— Хм, — Андер кашлянул. — Очень рад видеть вас… в добром здравии.

Улыбка женщины стала натянутой, и она поспешно опустила взгляд на детей.

— Ну что, пойдем? Попробуем тыквенный чай?

Лилли захлопала в ладоши.

— Цай. Цай.

— Чай, Лилька, — строго буркнул на девочку старший брат. — Надо говорить: чай.

— Туляк, — огрызнулась Лилли.

Лина не сдержала смешок.

— Не ругайся, — нахмурилась Агнесса, и девочка пристыженно потупилась, однако ехидная улыбка с ее личика никуда не делась.

На прощание Линетта обняла еще и Моррена.

— Никто больше не приходил? — шепнула ему на ухо.

— Нет, — откликнулся мальчик, и она выдохнула с облегчением.

Счастливое семейство смешалось с толпой, отправившись за обещанным бесплатным чаем, а Андер приобнял Лину за плечи.

— Вот видишь, каждый сам кузнец своей судьбы, — произнес он, провожая взглядом спину их общей знакомой. — Очень рад, что она взялась за ум.

И вроде бы он не сказал ничего такого и, кажется, на самом деле был рад за Агнессу и ее детей, но Линетта невольно поморщилась. Эта фраза была настолько "отцовской", что ей сделалось дурно.

— А некоторые просто нуждаются в руке помощи, — пробормотала она совсем тихо.

— Что? — не расслышал сыскарь — музыка снова стала зажигательнее и громче.

Лина подняла на него глаза.

— Я сказала, что тоже очень рада, — соврала в очередной раз. — Может?

Она хотела сказать: "Может, уйдем отсюда?" Хватит с нее на сегодня. Благородный порыв сошел на нет, появилась толика раздражения, а ей очень не хотелось расставаться на такой ноте.