Зато Викандер будто смутился сам.

— Хм… — отозвался он, каким-то усталым жестом потерев переносицу. — Вообще-то, хотел.

И Лина поощрительно улыбнулась.

— Может быть, присядем? — Качнула головой в сторону рядов стульев за своей спиной. — Разговор ведь будет долгим, не так ли?

Она же не дурочка, в самом-то деле. И то, что отпустила себя, на время позволив не думать о том, что будет дальше, еще ничего не значило, Линетта все понимала.

— Пожалуй, — кивнул темный маг.

Можно было потянуть время, сказав, что ей нужно немедленно передать отчет секретарю, но это выглядело бы уже ребячеством. Она не собиралась бегать.

Вернув бумаги на столешницу, Лина отступила к стульям и присела на первый попавшийся, даже не взглянув на него. Лорд преодолел разделяющее их расстояние и тоже сел — на сиденье через одно от нее. Она оценила его чувство такта, без шуток. Однако ощущение опускающегося на ее шею топора никуда не исчезло.

Подавшись вперед, мужчина упер локти в колени и переплел пальцы рук; повернул к ней голову.

— Я думаю, вы уже догадались, о чем я хочу поговорить? — его голос звучал спокойно и мягко, тем не менее взгляд оставался внимательным, даже цепким — словно проникая в самую душу.

Линетта серьезно кивнула и чуть приподняла подбородок, показывая, что не станет изображать из себя наивную овечку. Во всяком случае, блеять она точно не собиралась.

— О Линдене, — ответила твердо. — И о наших с ним отношениях. Лорд Викандер…

— Мартин. Можно просто Мартин.

— Мартин, — кивнула она. — Я все понимаю. Не думайте, что я на что-то рассчитываю или на что-то претендую. Или еще хуже — попытаюсь привязать его к себе и не отпустить с вами домой. Я правда все понимаю.

И все-таки Линетта ошиблась: прокручивать в голове события, предшествующие взрыву в подвале Дорнана, и то оказалось проще, чем говорить сейчас. Нет, ничего нового она для себя не вывела, но все же не ожидала, что кто-то придет напоминать ей о ее статусе вот так — напрямик.

Впрочем, что удивительного? Линден всегда говорил в лицо все, что думал. Ясное дело, у кого он научился этой прямоте.

Викандер склонил голову набок, отчего слегка волнистая прядь не собранных сегодня каштановых волос упала на лицо; он не стал поправлять.

Улыбнулся краем губ.

— А мне кажется, не понимаете.

— Что именно? — и все же ей стоило неимоверных усилий произнести это спокойно.