— Боги-и-и, — простонала Лина, уронив лицо в ладони. — Зачем вы все это мне говорите?

— Затем, что несколько дней назад вы уже доказали, что цвет магии не имеет значения. — Он чуть нахмурился, припоминая. — Что вы там шептали? "Мы все одинаковые"?

Лина рассеянно закивала, так и не отрывая рук от лица. А она-то думала, никто не слышал ее невнятное бормотание в тот момент.

— И вы абсолютно правы: цвет магии не определяет человека. А мир меняется. Вы будете первыми, но за вами пойдут другие. Понимаете, о чем я? Первым всегда тяжело.

Линетта уронила руки на колени и так резко вскинула голову, что, будь позади ее стула стена, она непременно разбила бы о нее затылок.

— Вы хотите изменить мир? — прошептала, не веря своим ушам.

Викандер улыбнулся, глядя на нее с хитрым прищуром.

— Высоко беру?

— Я… — Она не нашла слов. — Не знаю… Вы…

— Я, — подтвердил мужчина, и его голос стал жестче. — Я уже двадцать лет пытаюсь объединить темных и светлых. И ваш с Линденом брак принес бы огромную пользу с политической точки зрения, и я не считаю правильным это скрывать. Я поддержу вас, чего бы мне это ни стоило. И король поддержит, потому что двадцать лет это наше общее с ним дело. Но вы должны знать, на что идете.

— А Линден? — сорвалось с ее губ.

— А Линден все знает и понимает. И я даже не сомневаюсь, что эта ноша ему по плечу. Поэтому основное решение за вами.

Лина не выдержала, вспыхнула.

— Он мне еще даже ничего не предлагал.

Но собеседник остался абсолютно спокоен.

— Предложит, — в его тоне не было и толики сомнения. — Но я не хочу, чтобы вы влезли во все это, не понимая, чем это обернется. Не хочу, чтобы, столкнувшись с реальностью (не с надуманными проблемами, а с по-настоящему суровой реальностью), возненавидели его или себя. Это должен быть осознанный выбор или осознанная борьба.

Повисло молчание, тягучее, оглушающее.

Линетта сидела, глядя прямо перед собой, и чувствовала себя опустошенной. Выброшенной на берег рыбой, которая вдруг обнаружила, что не способна дышать на суше.

— Подумайте над этим, прежде чем дать ему ответ, — сказал Викандер и поднялся с сиденья, мягко коснулся ее плеча. — Каким бы он ни был.

После чего отошел. Его шаги эхом отразились от стен пустого зала ожидания, скрипнула дверь.