Финиан тихо произносит:

— Ты знал, что твой отец…, - он мотает головой, уязвлено глядя на меня. — Ты знал, что Звездный Истребитель был Триггером? Что у него было Оружие?

— Нет, — возражаю я. — Понятия не имел. Мы с мамой ушли от него много лет назад. Когда я виделся с ним в последний раз, мне было одиннадцать, и у него тогда не было сил Авроры. После Ориона он долгие годы скитался. Быть может, он нашел это место в Складке, во время своих скитаний. Быть может, просто наткнулся на ворота или..

— Или, быть может, ты просто лжешь как и о многом другом, — рычит Скарлет.

— Я не лгу! — огрызаюсь я.

Финиан встречается со мной взглядом.

— Откуда нам знать это, Кэл? Как нам верить всему, что ты говоришь?

Сердце замирает в груди. Я чувствую, как они отворачиваются от меня, их боль, ощущение предательства, всё это застит им глаза от того, кем я был. Поэтому я обращаюсь к тому, кто знает меня лучше всех.

— Аврора..

Она смотрит на меня так, словно я её ударил. Я помню такой же взгляд и у мамы, когда она смотрела на отца. Когда она поняла, что он совсем не тот человек, которым она его считала.

— Аврора, мне так жаль, — говорю я. — Прошу, прости меня.

— Ты солгал мне, Кэл, — говорит она. — Той ночью в моей комнате. В ту ночь, когда мы впервые… - она мотает головой, обхватив себя руками. — Когда ты еще рассказал ту историю о своих родителях. Ты смотрел мне в глаза и лгал.

— Он мёртв для меня. Мой отец умер на Орионе, бе`шмай. Он умер для меня вновь, когда обратил в пепел мой мир. Когда отнял у меня мать. Всё что осталось напоминанием о том моменте — то, кем он стал. — его имя, словно кислота на языке. — Сай`нают. Звездный Истребитель.

Я делаю шаг вперед, но она отшатывается, и сердце сжимается, разбиваясь в груди. Я должен был это предвидеть. Я никогда не ощущал себя таким безнадежным, беззащитным, как сейчас. С каждым вдохом я ощущаю, как она ускользает от меня.

— Я пытался сказать тебе, — говорю я. — В Эхо. В ту ночь на лугу. Я пытался рассказать, неважно, чего бы мне это стоило. Но ты сказала, что я не тот, кем меня воспитали. Ты сказала, что завтра стоит миллиона вчера. Помнишь?

— Я помню, — шепчет она. — А еще я помню, как ты сказал, что наше прошлое делает нас теми, кто мы есть. Я помню, как ты говорил, что любовь — причина.

— Так и есть, — выдыхаю я.

— Но как ты можешь говорить, что любишь меня? — растерянно спрашивает она. — Когда ты запросто можешь солгать, глядя мне в глаза? И как я могу говорить, что люблю тебя? Когда я..