— Ты осквернил дар, что тебе был вверен, Каэрсан. Ты выбрал годы силы для самого себя, бросив галактику на произвол, а с ней и жизни сотен видов.

Мои силы обрушиваются на него, и я призываю всё, что у меня есть. Силу внутри себя, собственные силы, чистые и свободные, врезаются в него, слова приливная волна. Он пошатывается на пятках, и его отбрасывает к стене, врезаясь в хрусталь с оглушительным треском. Я бью его снова, снова и снова, у него из носа появляется крошечная струйка крови, стекая по губе. Моя полуночная синева поглощает алый, окружая его со всех сторон, серебро переплетается с золотом. И, наконец, он падает на пол.

— Одной жизни недостаточно, — говорю я ему. Я делаю шаг к нему, купаясь в сверкающей полуночи. — И даже не две, Звездоубийца.

Он поднимает на меня взгляд, косы обрамляют лицо, и тогда я вижу гордость и ненависть в его взгляде. Я ощущаю, как растет его сила и заставляю себя сосредоточиться, чтобы удержать его. Кэл делает шаг в этот шторм, пытаясь перекричать рёв.

— Аврора!

Но я игнорирую его, мой взгляд прикован к его отцу.

— Я ощущаю это, — говорю я ему. — Что именно ты потерял, когда поджарил их.

Каэрсан сжимает кулаки, воздух потрескивает от силы.

— Что они отняли у меня.

— Что было, то прошло, может и к лучшему.