— Мамины оладушки, — выдыхаю я.
Судя по глифам у них на лбу, они Странники. Все до единого. И меня пробирает дрожь, когда я понимаю, зачем Несломленные охотились за ними по всей галактике. Странники вскрикивают, пальцы сгибаются, а лицо искажает мука. Внезапный поток силы Каэрсана подобен волне, которая подхватывает тебя и швыряет из одной стороны в другую, пока не остается ничего, кроме как задержать дыхание: лёгкие разрываются, пытаясь продержаться еще хоть одну секунду, молясь тем, кто слушает, чтобы глотнуть еще хоть немного воздуха.
Его глаза, так похожие на глаза его собственного сына, встречают мой взгляд, когда он снова произносит:
— Я был рожден воином. Я кровью вырезал своё имя среди звезд, пока ты сладко спала в кроватке. Я — Порождение Войны. Я Сломленный. Я пожиратель миров и убийца солнц. Я не стал слабее тебя, дитя. Я стал лишь сильнее.
Он медленно поднимается, раскинув руки. Сила вокруг него удваивается, утраивается, ментальная буря кроваво-красного сверкающего золота. Комната вокруг нас, всё Оружие — дрожит; крики Странников наводняют мой разум. И я с ужасом понимаю, что всё это время он сдерживал себя.
— Ты сделала всё, что могла, маленькая Землянка, — говорит он. Звездоубийца медленно сжимает руки в кулаки. — Теперь, я покажу, на что способен.
36
36