Выколешь мне глаза попозже, ладно? Судя по виду этого гремлин, радиус действия у него приличный. Но дредноуты ЗСО огромные. Как только импульс распространиться, действовать нужно будет быстро. Доберемся до пусковых отсеков и смоемся с этого корабля.

Саэди фыркает. Вероятно, она уже готова к бою и мое предупреждение для нее просто оскорбительно. Несмотря на перенесенные пытки, Саэди излучает стальную волю, взгляд сужен и сосредоточен. Свернувшись калачиком, чтобы скрыть ботинки из поля зрения камеры, я молю Создателя, чтобы несмотря на все беды, выпавшие на мою долю и долю этих ботинок, он все еще работал исправно. Я пальцами нащупываю кнопку активации. Встречаю взгляд Саэди.

Давай.

Я нажимаю на кнопку. Ощущая небольшую вибрацию в ботинке, слышу еле слышный гул. А затем свет в комнате тухнет. Камера гаснет. Магнитный замок отпирается.

Саэди оказывается на ногах в мгновении ока. Аварийные огни тоже гаснут — любое электронное устройство поблизости, по сути, теперь не более чем пресс-папье. Без света вокруг тьма кромешная, но я улавливаю очертания девушки, когда она хватает обломки бил-кушетки и запихивает в дверной косяк. Я вскакиваю на ноги и хватаюсь за перекрученный металлический каркас, после чего протягиваю ей руку. Вдвоем мы налегаем на импровизированный рычаг и оба кряхтим от напряжения. Но вдвоем нам удается распахнуть дверь камеры за несколько секунд.

Снаружи в коридоре тоже кромешная тьма, все терминалы сгорели. Но, как я уже говорил, я с детства изучал земные корабли, и, несмотря на темноту вокруг, я знаю куда идти.

Я тянусь во мраке, хватая Саэди за руку. Она мгновенно высвобождает свою руку.

— Я не давала своего дозволения прикасаться ко мне, Тайлер Джонс, — рычит она. — Сделаешь это снова — пеняй на себя.