У нее расширились глаза, взгляд явно говорил:

«Зачем?»

«Затем, что принадлежу тебе, а ты мне», - сказал он ей мысленно.

Ему казалось это хорошей идеей? Чеееерт... Он едва сдерживался, пока она разглядывала его и скользила по его груди ладонями.  Когда понял, что наступил предел, велел ей:

- Повернись, - и стал мыть длинные светлые волосы.

А после завернул ее в огромное мягкое полотенце и поставил на бортик.

- Я сейчас.

Одним движением погрузился в воду, а потом резко отжал волосы и потянулся за полотенцем.

Из ванной он вынес ее на руках, раскрасневшуюся, теплую. Она так завернулась в его огромное полотенце, что только блестящий кончик носа оттуда торчал и глаза. Ему хотелось бы в постель, но в постель не стоило, он испугает ее.

- Поесть?

В светлых глазах сразу вспыхнул голодный интерес.

Да, поесть - было правильно. Потому что так он мог держать ее на коленях, касаться, гореть на медленном огне, вдыхать этот сладкий яд, мутивший ему разум.

***

Он кормил ее, совсем как тогда.

С руки. Держал кусочек нежного сочного мяса у ее губ. Это было интимно. Его сильное тело, то, что она ощущала, дыхание, запах. Ей казалось, что ее затягивает в какую-то воронку. Томно, сладко, жарко... невозможно вынырнуть. И главное, что в этот раз это не казалось унизительным, она сама этого хотела. Хотела смотреть на него, касаться его, гладить упругую смуглую кожу.

- Вкусно?  - низко вибрирующий голос у самого ее уха.

- Да, - выдохнула она.

У нее невольно закрылись глаза, дрожь пробежала по шее. Он провел носом по ее шее и шумно втянул запах. Грудь мужчины за ее спиной дрогнула, а он неуловимо приблизился. Алиана ахнула и прогнулась в спине, а он подался еще ближе. И на одно бесконечно долгое мгновение они замерли в этой позе, а дальше...

Она просто развернулась к нему лицом, и сама потянулась к его губам.