Паша усаживает ее на стол, сбивая все, что на нем лежит. Не в силах совладать с собой, раскрасневшимися губами, он расцеловывает ее лицо, шею, ключицы и плечи, возвращается к губам. Варя в сладком наваждении, расслабляется, запрокинув голову, изучая его шею и плечи руками, слабыми кончиками пальцев. Чем чаще он касается ее талии, плеч, спины, тем чаще она вздрагивает, открывая для себя новые границы чувств.

Его горячее влажное дыхание плывущее по ее шее, прерывается.

— Останови меня, — просит он тихо и хрипло.

— Нет, — отвечает она шепотом.

Он снова жадно целует ее в губы, запуская руки под ее широкую футболку. Отрывается, прижимается лбом к ее лбу и повторяет.

— Прошу тебя, останови.

— Нет.

Варя быстро и ловко сбрасывает с него белоснежную футболку, перепачканную кровью. Еще немного недозволительного, того, что он раньше в себе боялся, по отношению к ней, и она вновь оказывается на его руках. Он падает спиной на матрац, и она оказывается сверху. Она лишь слегка смеется, не останавливая своих рук. Он нежно стягивает с нее вещи, роняя ее головой на перьевую подушку. Она чувствует каждый его тяжелый вдох, каждый удар сердца. Он чувствует все то, о чем она думает и чего хочет. Кровь приливает к ушам и щекам, в животе беснуются бабочки.

— Я люблю тебя.

— Я люблю тебя.

Кружится голова. Туман.

Глава 17. Ведьма

Глава 17. Ведьма

Варя уставшей рукой дотягивается до кнопки обогревателя. Выключает его. Возвращается головой на больную тяжелую руку, протянутую вместо выброшенной подушки. Примостившись поудобнее, вслушивается в безмятежное легкое дыхание рядом. Он раскрывает ресницы, и их глаза встречаются.

— Почему не остановила?

— Потому, что так захотела.

— Глупая, — говорит он тихо, прижимая ее ближе, целуя в лоб, — и я дурак.

Он зарывается лицом в мягкие локоны.

— Да, ты дурак. Что только не сделаешь, лишь бы не отвечать на мои вопросы.

— Прости, просто ты такая непослушная.