Селена улыбнулась.

— Надо и себе одежду с кармашками поглубже прикупить.

— Обязательно! — кивнул мужчина. — Сейчас же вынужден буду откланяться, у меня занятие через полчаса, а еще переодеться надо. Самим собой я могу побыть только здесь и только в одиночестве, остальным надо официальное лицо предъявлять. Но помни мои наставления. Делай так же, как и я. Все, что просят выполняй с милым личиком, а дома твори то, что хочешь ты.

— Обещаю. — кивнула девушка и переместилась из библиотеки прямиком в свой коттедж. После посвящения такая возможность была ей наконец дарована.

Не успела девушка скинуть с ног кроссовки, как у нее затрезвонил телефон. На дисплее появилась надпись «Мама» и Селена решила не игнорировать звонок.

Разговор, по традиции, начался с претензий:

— У тебя совесть вообще есть?! Неделю на связь не выходишь, даже с праздником мать родную не поздравила, не говоря уже о подарках. А я целый год говорила, что Новый год хочу в Красной Поляне отметить, и что в итоге? В итоге я весь праздник слушала нытье твоего папаши, сидя у себя на кухне, а не в ресторане с приличной публикой! И это я молчу о том, что вместо золотых сережек, ты мне на уши лапши навешала, что занята подготовкой к сессии и позвонить не можешь!

Селена к подобной гневной тираде была готова, потому спокойно ответила:

— Если сообщения тебе недостаточно, то скажу еще и словами: С новым годом, мама. Подарки вы от меня с папой еще тридцатого числа с курьером получили, и я подарила вам то, что захотела сама, а не то, что ты в очередной раз пыталась с меня выжать.

— Ты на что это намекаешь?! — Валентина Викторовна зажглась быстрее спички. Еще не хватало, чтобы собственная дочь ее поучать начала. Нахалку следовало сразу поставить на место, чтобы не смела матери перечить. — Да это ты с меня всю жизнь дерешь три шкуры! Мать тебе последнее отдает, а ты бессовестная, даже не ценишь его. Я всю жизнь на тебя положила, а ты…

— А я всю жизнь старалась соответствовать твоим непомерным требованиям. Но теперь живу отдельно, и сама выбираю свой путь. А ты, наконец-то, можешь сделать все то, что я так мешала тебе делать все эти годы, которые ты меня обслуживала и последнее мне отдавала. Больше мне ничего давать не надо, живи в свое удовольствие, мама.

— Ах, вот так ты заговорила! Начиталась умных книжек про эту вашу сепарацию и теперь мать у нее отдельно, мать больше любить не надо. Ее нужно бросить и пусть подыхает одна, без еды и денег. А дочурка ее шиковать будет на стипендии незаслуженные, да с дружком своим богатеньким в его коттеджике жить как распутница.