— По-твоему, это смешно? — недовольно смотрю на Бурого, который откровенно ржёт, когда я выхожу к небольшому водоёму в рыбацких сапогах.

Охренеть просто! Я чувствую себя каким-то робокопом недоростком, а ему весело!

Девочки начинают смеяться, подражая отцу. Они вышли из домика, где нас поселили, чуть раньше. И уже сидят с удочками на небольших стульчиках перед прорубями.

Честно говоря, когда мы ехали в это рыбацкое угодье, я вообще не так его себе представляла.

Мне казалось, что это будет что-то вроде старенькой хибарки у озера. А тут настоящий загородный комплекс. Домики разбросаны по всему периметру участка прямо под соснами. Рядом с каждым домом стоят большие деревянные бочки — что-то вроде открытой бани или типа того. На треугольной крыше каждого домика вырезано изображение рыбы.

Насколько я поняла из рассказов Бурого, угодье принадлежит отцу Нелли. И, оказывается, она сама увлекается рыбалкой с детства. Вот уж странное увлечение для женщины. И по ней не скажешь, если честно…

Они с Андреем должны будут присоединиться к нам завтра с утра. Надеюсь, с моей задницей до этого момента ничего не случится…

Поселили нас в домике у самого водоёма. Вид, конечно, невероятный.

Но это всё равно не меняет того факта, что рыбак из меня никакой.

И вообще, рыба… Она же воняет!

— Маша, ты смешная! — хохочет Тася, показывая на меня пальцем.

— Видишь, Тася ответила на твой вопрос. Это действительно очень смешно.

— Хихикни ещё раз, и я утоплю тебя в проруби…

— Боюсь, я в нём не помещусь, — хмыкает Бурый, помахав перед моим лицом удочкой. — Давай, усаживай свою трусливую городскую задницу на стул и помогай нам ловить ужин.

— Ты что хочешь сказать, что мы эту рыбу ещё готовить будем?!

— А зачем нам её ловить, если не есть? Кроме того, мангалы не просто так у домиков стоят.

— Может я тогда лучше мангалом займусь?

— Э, нет. Я отказываюсь потом твою задницу с углей соскребать, Марья Алексевна, так что тащи-ка её лучше сюда.