Девушка вспомнила, как приобрела «в рассрочку» свои первые фальшивые документы, желая как можно скорее сбежать прочь из университета и снова начать все с чистого листа; вспомнила, как не смогла вовремя внести плату из-за проблем со здоровьем, как оказалась в холодном сыром подвале в ожидании решения, которое кардинально изменило ее жизнь. Ведь как еще могла погасить долг молодая, симпатичная да ко всему прочему и беспризорная девушка? Ответ настолько банален, что аж тошно. Именно в таком тошно-омерзительном месте Алекс впервые и встретила Нину… или Николь? Не столь важно. Это имя, скорее всего, ей дал постоянный клиент, одаривавший своей любовью девочку-аутистку, без конца повторяющую слово «шарики». Ее поселили в соседнюю комнату. Их и кормили в одно время, и на прогулку выводили, и мыли, поэтому Алекс даже за столь короткое время смогла немного понять девочку. Оказалось, «шарики», о которых она постоянно твердила, были теми забавными новогодними снежными шарами, встряхивая которые, заставляешь вихриться белоснежные мерцающие снежинки. Она поняла это, когда Николь пыталась нарисовать нечто похожее на песке. Хотя… почему пыталась? Выходило просто отлично. Возможно, если бы это можно было развивать, девчушка рисовала бы прекрасные картины. По крайней мере, Алекс уж точно нравились бы ее творения, ибо даже тогда она просила Николь нарисовать ей что-то, как только появлялась возможность. Но в том месте, в котором они существовали, на подобном таланте денег не заработаешь. Как говорили: «Лучше б сосать научилась». И училась. А что, с таким-то словарным запасом на какую провокацию еще можно было нарваться? Да и Алекс никогда особым умом не блистала, поэтому однажды, когда ей надоело слушать мерзкие шуточки от сторожевых псов в сторону девочки, не выдержала и заступилась за нее. Зря… В итоге изнасиловали обеих. Тогда-то, валяясь на холодном полу, униженная, обессиленная и озлобленная на весь отталкивающий ее мир, Алекс впервые услышала другой голос в своей голове. Голос Ранты. Девушка недолго раздумывала и в конце концов заключила новый договор, принимая помощь от очередного демона. Только вот это соглашение нравилось ей куда больше прежнего, ведь демон всегда был рядом и помогал в трудные моменты. Поначалу, конечно. Хоть Алекс и выбралась из того тошно-омерзительного места, но все равно продолжила вести отвратительное жалкое существование: использовала других, калечила их как снаружи, так и изнутри, разрушала чужие жизни… Абсолютное безжалостное равнодушие, казалось, намертво засело у нее внутри. И избавиться от него было даже сложнее, чем от невидимой татуировки.