А вот декорации явно были интереснее, чем в спектаклях будущего, где часто царил минимализм - очень пышные, яркие, красивые, они могли двигаться и изменяться.

В первой сцене, где Психея прикована цепями к вершине крутой скалы, была действительно достаточно реалистично воссоздана высокая гора, на которой и страдала героиня. Она содрогалась при виде зияющей под ней глубокой пропасти, в отчаянии простирала руки к небу, моля его о помощи, и, не в силах более сопротивляться страшным образам, рисуемым ее воображением, падала почти замертво в позе, наиболее подходящей, чтобы выразить бесконечную ее скорбь и отчаяние. Выглядело все это довольно забавно, несмотря на трагизм происходящего, и больше напоминало пантомиму, чем балет. Наши герои невольно улыбнулись и приготовились в дальнейшему действию.

Рядом сидела большая компания молодых дам и кавалеров, и Наталья невольно прислушалась к их разговорам:

- Ах, как жаль, что мы уже не увидим блистательную Марию Данилову!

- Да, умереть от чахотки в расцвете своего таланта, в 17 лет! Такая потеря для месье Дидло и всего русского балета! Это была любимая солистка, она исполняла все ведущие партии в его балетах!

-Увы, мы уже не увидим знаменитую сцену, где она парила высоко над сценой! Говорят, в ее платье спрятали специальное крепление для тросов, за которые ее и поднимали!

- Именно это платье, душенька, и стало причиной ее гибели - во время репетиций механизм дал сбой - тросы резко натянулись, Марию сильно качнуло, от этого удара у нее позже пошла горлом кровь, она вскоре умерла от чахотки. Я это точно знаю- мой приятель вхож в круг знакомых месье Дидло, тот сам об этом сокрушался в разговоре!- закончил молодой мужчина.

- Говорят, именно она однажды танцевала на пальцах ног- это было так изящно, но к сожалению, этого уже никто не повторит!- закончила разговор одна из дам.

Наталья невольно переглянулась с друзьями - сегодня на сцене была явно более слабая солистка, а вот солист был хорош. Все так и ахнули, когда он буквально в три прыжка пересёк сцену.

Партер рукоплескал - у аристократов считалось дурным тоном громко обсуждать актеров, костюмы и декорации, кричать «браво» или «бис». Аплодировали только мужчины: женщинам, по правилам поведения, не следовало бурно выражать свои эмоции.

Незаметно прошел первый акт балета. В антракте позволялось выходить только мужчинам, женщинам, которые находились в ложе, по этикету не следовало покидать ее. Миша, как сопровождающий, мог их оставить, поэтому, узнав, что женщины желают выпить чего-нибудь освежающего, вышел из ложи. Вернулся он через некоторое время, а за ним шел слуга и нес небольшой кувшин и несколько бокалов. В кувшине был великолепный лимонад, холодный и очень вкусный, которым все с удовольствием насладились.