Я встаю, беру одежду и иду в умывальную комнату. Я принимаю ванну, смывая мускусный запах генфинов. Вымывшись и одевшись, я чувствую себя заново родившейся. Другой. Еще, так же, как я чувствую Окота, теперь я слышу и своих генфинов. Как будто от груди исходят четыре нити, которые позволяют мне чувствовать пульсацию брачных уз. Это одновременно и чуждо, и знакомо. Обновленная, я выхожу из ванной в поисках парней.
Теперь, когда я выбралась из омута брачных уз, беспокойство об отсутствующем Окоте выходит на первое место. Мне нужно знать, где он, черт возьми.
– Мне нужно найти свою первую пару! – кричу я, завернув за угол и войдя в гостиную.
– Не называй его своей первой парой, – слышу я голос Эверта из открытого окна.
Входная дверь открывается, они с Силредом спускаются по ступенькам и входят в комнату.
– Почему нет? Он первым стал моей парой. Это делает его моей первой парой.
– Первая пара звучит так, будто он твой любимчик. Это не так, – говорит Эверт, подходя ко мне.
– Может, он и
Эверт сегодня выглядит ужасно сексуально. Его волнистые черные волосы идеально уложены, а на лице темная щетина, по которой так и хочется провести ладонями.
Он язвительно на меня смотрит.
– Правда? Чертов ламашту – твой любимчик?
Я задираю подбородок.
– Может быть…
Эверт бросает взгляд на Силреда.
– Напомни мне, мой зверь немного путается в воспоминаниях, что она кричала прошлой ночью?
Силред пытается подавить улыбку, но в уголках его глаз собираются морщинки.
– Я думаю, это было что-то вроде «Святые мотыльки, вы, парни, лучшие. Я провозглашаю вас Королями Оргазма. Вы – мои самые любимые фейри во всех мирах, во веки веков», – отвечает он, перекатываясь с носков на пятки.
Да, хорошо. Я говорила это.
– Ладно, – уступаю я. – Будем честными. Никто не любимчик, потому что я люблю вас всех. Но перестаньте отвлекать меня. Окота нет слишком долго. Я беспокоюсь.