- Ты пребываешь в каких-то детских фантазиях, - Максим решил занять руки курением, видимо, если не лез обниматься, то курил. А я стояла на раскаленном песке и пальцами ног перебирала его. Туда же и смотрела от неловкости. Вот глупая подумала, что Максим готов помочь выбраться. - Я честно очень поражен твоей целеустремленностью, в жизни не видел на столько упертого человека, но смирись, ясно!? - опустил руку на мое плечо, придавив тяжестью, будто поддерживал, а потом отошел на некоторое расстояние, продолжая курить. Отвернулся от ошеломленной меня и посмотрел на голубую полоску огромного моря. Где-то там спрятался мой дом.

- Ты больше не существуешь. Ты - никто. Катерины Роман больше не существует. Понимаешь, даже если вдруг каким-то чудом ты выберешься с острова, - бычок швырнул под ноги проходившему пареньку, тот от испуга взвизгнул, как девушка, и отпрыгнул по песку, оставляя следы от стоп. Не обращая внимания на помеху, Максим продолжал рассказывать:

- Ты не сможешь учиться или работать без паспорта. Любое попадание на глаза правоохранительных органов — потребуют паспорт. Любое медицинское учреждение потребует также твои данные. А если захочешь сделать паспорт, то потребуются твои отпечатки пальцев. По отпечаткам пальцев тебя легко определят, как умершую Катерину Роман, а вот тогда придут люди сверху! - Максим насмешливо указал пальцем в голубое чистое небо с редкой проседью облаков и закончил мысль. - И тебя устранят, а потом твоих близких, а потом тех, кто за это время успел тебя увидеть. Следы мы...ну не конкретно мы, а лагерь заметает на сто процентов. А теперь подумай, как твое бегство может убить пару сотен людей. Рискнешь? - насмешливо опустил уголок губ, будто его это забавляло. И вдруг поняла - его это правда забавляло. Ему нравилось, что я в безвыходном положении, что в тупике и не могу никуда деться и вынужденна время от времени подчиняться. Противное ощущение преследования, словно он загнал меня в яму и с высоты наблюдал за безуспешными попытками выбраться. Я покрутила отрицательно головой, прогоняя мысли. Видимо, образовалась глупая мания преследования.

- Я же заберу тебя к Себе на родину. Наши женщины не имеют паспортов и полностью зависят от своих господинов. У тебя может быть лишь одно место - в гареме.

Вот это слово «гарем» подействовало, как начавшая падать земля на меня, стоявшую в глубокой яме. В таком темпе скоро окажусь заживо похороненной. Мне кажется - Максим загнал в ловушку. Спасает из одного ада и забирает в точно такой же, хотя ему под силу меня вытащить из университета! Значит и вернуть домой может, но просто не желает помогать.