Горечь разочарования и напряжения попытался залить холодным бокалом минеральной воды. Пузыри приятно защекотали в желудке и горле, но не остудили внутренний пожар. Полоска фиолетового нижнего белья стояла прямо перед глазами. Телефон выключил и со злостью шарахнул об стеклянный стол, от чего он со звоном и стуком отскочил и неудачно залетел в тарелку с овощным салатом. В красный помидор. Поставил локти на колени и ладонями обхватил голову, массируя волосы. Они повлажнели от вида раззадоривающей полоски трусов. Стало жарко в майке. На хрен так делать? Я же могу смотреть, и она прекрасно об этом знала.

Ладно. Отвалился на спинку дивана и расслабился. В конце концов дни не бесконечны. Всего шесть дней.  Не помню, чтобы прежде я когда-то настолько сильно желал девушку. До звона в яйцах. Я вообще девиц не желаю. Попробовал — насладился — выбросил. Предложенная схема устраивала и их. Они пользовались мной, а я ими. Все, кто ко мне приближались искали дикость, опасность и грубость, чтобы их отодрали во все места и на шатких ногах, в порванных чулках и трусах, с копной растрепанных волос, но с блаженной улыбкой, как у мартовской кошки, отпускали обратно к своему разнеженному парню строить из себя милую девочку, которая не дает анал.

С Лизой также и начинали. Ей захотелось чтобы ее отымели. Пару раз поимел, а со временем вошло во вкус. На ее постоянные смс и звонки поначалу отвечал скупо, затем после одностороннего признания в любви, подумал, а чем плохо встречаться с девушкой? Не дура, вполне честная. Сразу говорила о желаниях не юлила и не елозила. Говорила хочу так - пожалуйста на тебе так. Мне не сложно. Со временем стали видеться чаще. С ней было уютно, можно заняться сексом или поговорить, не доставала разговорами о тряпках или косметике. Вполне образованная и послушная. Я говорил, как делать — она слушалась. Делал замечание — исправлялась и больше так не делала.  Я подумал, оно -то самое. Идеально подходящая девушка — универсальная. Не раздражала. А теперь очевидно, что был просто равнодушен. Отсутствовали эмоции, от того она и не раздражала. Я ничего к ней не испытывал. А кое-кто постоянно бесил и выводил из равновесия. С одного слова, с одного взмаха ресниц или улыбки, или от одной полоски фиолетовых трусов и задравшейся белой короткой юбки.

–    Эй! - Вацлав подтолкнул меня в локоть и заставил очнуться от размышлений. - Спишь? Где витаешь? В мечтах со своей куколкой? - такие шутки-подколы обычно использовались в дошкольном и школьном возрасте. Вацлав иногда бывает, как маленький мальчик, теперь будет подкалывать. Самое главное правило, чтобы унизить человека — бить по самому больному месту. То, что я думаю о Кате меня никоим образом не задевает. Ну и думаю я о Кате, а дальше, что?