Я встала, вытащила книгу из рюкзака и протянула ее Лютеру.

— Мне понадобятся эти принадлежности.

Он просмотрел страницы.

— Что это?

— Мы собираемся развить Митчелла до его надлежащего состояния.

— О, хорошо. Подожди, что?

***

УГЛИ БЫЛИ зажжены. Я закончила рисовать алхимический знак для эфира и почти закончила с символами. Митчелл сидел внутри двух треугольников. Сразу за двумя треугольниками на столе, рядом со спичками и маленьким пузырьком с моей кровью, ждал полгаллоновый стакан с прозрачной жидкостью — триметилборатом. Я прихватила его перед тем, как мы вышли из дома.

В комнате собралась группа коллег Лютера. Я познакомила его с теорией основного состояния джиннов, и он объяснил ее им. Реакция была, мягко говоря, неоднозначной. До меня донеслись голоса.

— Ты же понимаешь, что если это сработает, мы нашли лекарство от гулизма.

— Да, но лекарство хуже, чем болезнь. Мы не можем бегать по сельской местности, превращая упырей в джиннов.

— Технически они уже джинны.

— Это не относится к делу.

— Мы понятия не имеем, на что они способны.

— Что во флаконе?

— Ты хочешь сказать, что мы не должны этого делать? — спросил Лютер.

— Нет, — ответила женщина. — Я говорю, что это незаконно, опасно и, возможно, неэтично, но мы определенно должны это сделать.

— Да, согласен с Марго.

— Такая возможность выпадает раз в жизни.