— Я особенная, — я снова подняла плечи. — Очень особенная.

Зейн уставился на меня, открыв рот и тут же закрыв его.

— Так вот почему ты видишь призраков? — спросил Николай.

— О, теперь людей заботит видят ли они меня? — Арахис драматично вздохнул со своего места возле потолочного вентилятора.

Я покачала головой, глядя на него.

— Да, потому что ангелы могут видеть духов и души тех, кто умер. И другие люди, которые могут это сделать, они несут в себе разбавленную ангельскую кровь. Наверное, от пра-пра-пра-прабабушки какой-то там, которая немного чокнулась с ангелом.

— Я думаю, само собой разумеется, что вы не должны никому говорить, кто такая Тринити, даже другим своим соплеменникам, — сказал Тьерри, и что-то промелькнуло на лице Зейна, как будто он складывал головоломку в голове и нашёл недостающий кусочек. — Нам было поручено охранять её до тех пор, пока она не понадобится…

— А я сейчас нужна, — сказала я Тьерри.

— Я знаю, что Миша тебе как брат, но ты не можешь обличить себя перед демонами, — снова попытался заговорить Тьерри. — Ты идёшь на риск, он бы этого не хотел, и это может оказаться ловушкой.

— Мне всё равно, — сказала я. — Я могла бы остановить этого демона. Я должна была использовать свою благодать, чтобы сделать это, но я этого не сделала. И ты это знаешь. Я не могу сидеть, сложа руки, Тьерри. Извини. И если ты запретишь это или запретишь им помогать мне, клянусь Богом, я уйду сама. Ты не сможешь остановить меня. И ты это знаешь.

Тьерри на самом деле это знал.

Откинувшись назад, он провёл ладонью по лицу и медленно покачал головой.

— Так и должно было случиться, — сказал ему Мэтью. — Мы знали это в глубине души. Она права. Мы не можем остановить её. Только её отец может.

— Кто её отец? — спросил Зейн.

— Тебе лучше не знать, — пробормотал Тьерри себе под нос, и я фыркнула.

Они не скажут. Он поднял голову, и опустил руку.

— Тринити-оружие, и какие бы проблемы ни возникли у вас в Вашингтоне, она сможет вам помочь. Это правда. Но готовы ли вы помочь ей?

У меня перехватило дыхание, когда понимание пронеслось сквозь меня. Тьерри смягчился. Срань господня, так оно и было.

— Да, — ответил Зейн, удивив меня. — Да, мы поможем ей. Ты права, — сказал он мне. — Я бы тоже не смог уйти, если бы это был кто-то, кого я знал и о ком заботился. Так что я это понимаю. Я помогу тебе.

Чувствуя себя немного неловко из-за того, что подозревала его, я опустила подбородок.