Но у меня перед глазами стоял страшный сон, в котором мой муж погибает. Как я должна была поступить?

* * *

Сидх тащил обездвиженную магией девушку. Чем ближе они подходили к руинам аббатства, тем сильнее в нем разгорались безумные чувства. Он не только вернет мать к жизни, но и убьет всех, кто населяет эти земли! Его месть станет наукой и вечным страхом для остальных. О нем будут слагать легенды. Его имя будут произносить только шепотом и пугать им детей. Колдун захохотал, подняв голову к небу, в котором появилась бледная луна, окутанная дымкой. Ночь Самайна набирала силу, так нужную ему.

- Скоро, совсем скоро, милая Белла, ты попадешь в небытие…

Сидх резко поднял лицо девушки, и с ее головы упала бархатная шапочка вместе с прозрачной накидкой, скрывающей волосы. Это была не Арабелла Макнотен!

Ослепленный своими мечтами, он даже не обратил внимания на этот предмет туалета. Ведь волосы графини стягивала лента, и никаких шапочек на ней не было! О черт! Его сбили с толку эта проклятая шаль и такая близкая победа!

Сидх зарычал, замахиваясь, чтобы ударить девушку, но его рука замерла на полпути. Нет… зачем же избавляться от последнего шанса оживить мать? Пусть она вселится в тело этой девицы, а потом они вместе решат, что делать дальше. Да! Нельзя терять драгоценное время, когда силы из потустороннего мира могут помочь! Они блуждали рядом, колдун чувствовал их энергию…

- Пойдем! – он потащил свою жертву дальше. – Я позабочусь о тебе!

Сидх снова мерзко захохотал, сжимая руку бедняжки с такой силой, что она тихо постанывала от боли.

Когда перед ним во всей своей мрачной красе появились руины Гринроуз, колдун пошел еще быстрее. Ему не терпелось начать ритуал. Он боялся, что кто-то может помешать ему…

Швырнув девушку на могильный камень, Сидх связал ей руки и ноги, начертил вокруг нее ножом круг и зажег несколько свечей из человеческого жира. Колдун разложил рядом вещи, раньше принадлежавшие Тристе, несколько летучих мышей, а еще волчье сердце, которое он достал из животного сегодня утром. Пора.

* * *

Я словно в тумане вернулась в зал, подошла к тетушкам, что-то говорила им, натянуто улыбаясь. Мне нужно было сделать вид, что ничего не происходит.

Потом я поднялась к себе взяла плащ и, стараясь не обращать на себя внимания, выскользнула из замка. Во дворе тоже праздновали с танцами и вином те, кому был не страшен ночной холод, поэтому мне не составило труда пробраться незамеченной к конюшням. Ездить верхом я не умела и решила взять с собой конюха, главное, чтобы хоть кто-то из них оказался не сильно пьян.