— Мы можем подбросить пару человек до гарнизона. Это близко, — предложила Анха и увидев, что дед кивнул, бросилась к хозяину таверны.

— Границы больше нет, — громко объявила она. — Быстро грузите на наш виман запасы еды и двоих сопровождающих. Мы доставим их в гарнизон.

Мужчина побледнел, но быстро сообразил, что скорее всего покидает свой дом навсегда, и тут же спросил:

— Вы быстро обернетесь, может, вернетесь и заберете мешки с зерном?

— Времени нет, — рявкнул Алексис, подлетая к внучке.

Это был не первый прорыв, и поэтому все работники таверны знали, что делать. В считанные мгновения они закинули внутрь вимана мешки с запасами и продолжили грузить телегу. На мешки сели дети и хозяйка. Сразу стало тесно, но даже Татия, ни слова не сказав, взяла на руки ещё двух малышей.

Алексис высадил всех сразу за воротами гарнизона.

— Если не знаете, куда идти, то ждите, мы успеем ещё раз слетать за запасами.

Анха с Татией тоже высадились, чтобы не занимать места в вимане. Они забрались на стену и видели, как на границе началось сражение.

— Гарнизон падёт, — тихо прошептала Татия Анхе.

— Сейчас твари стекаются к нашему императору, поэтому кажется, что их бесчисленное количество, но потом они рассредоточатся по деревням. Так что у спрятавшихся здесь людей есть шанс, — не согласилась Анха.

Алексис успел ещё два раза слетать и привезти продукты с людьми в гарнизон. По его примеру поступили многие владельцы виманов, но когда стало жарко, то они все ринулись к своим землям.

Земля возле границы сотрясалась от творимых заклинаний боевиками, а небо всё больше чернело от заполонивших его летучих тварей.

— Нам пора, — скомандовал Алексис, посадивший виман прямо на стену, где стояли Татия и Анха.

— А как же мы? — воскликнул кто-то из молодых воинов.

Анхе и Татии нечего было сказать ему. Алексис ожёг его сердитым взглядом, но тоже промолчал. Пока он забирал людей, то следил за тем, какая сила собирается против императора и тех магов, что первыми встали на защиту границы. Он старался увидеть всех тех тварей, что вылезли из своих земель. Многие из них были незнакомыми и намного более опасными, чем уже известные людям.

И теперь Алексис не сомневался, что человечеству предстоит долгая борьба за своё существование, и как бы оставшиеся в живых не позавидовали тем, кто с честью погибнет в первые дни войны.

— Дед, у тебя такое лицо… — грустно растянув губы в улыбке, произнесла Анха. Ей хотелось поддержать его, а то граф выглядел так, что краше в гроб кладут.

Но тут неожиданно разрыдалась Татия, и дед, выругавшись, принялся её успокаивать :