Орлону Гивенсу доложили о прошедшей ночи с утра. Глава гильдии хотел было поговорить с Дэни, но к нему неожиданно пришла Агата. Женщина выглядела уставшей, но в ее взгляде Орлон прочитал страх. Глава гильдии прорицателей была не одна. Меркурий сопровождал женщину, пряча лицо под тенью капюшона.

Когда Агата и Гивенс удалились в личный кабинет мужчины, то Мер, не теряя времени, отправился на поиски Элы, которую при помощи некого Диего нашел в просторном зале спящую на одном из кресел, вокруг которого были раскиданы карты. На них были четко изображены улицы столицы и все пути, ведущие во дворец. Меркурий присвистнул, узнав о том, как можно быстрее добираться по подземным туннелям до того или иного места. Эла, услышав свист, подскочила на месте и бросилась на Кошака, который только и успел сказать:

– Это я, Дэни, – прежде чем получить в нос.

Девушка остановила кулак за несколько сантиметров до его лица. Она шумно выдохнула, а потом выругалась, проклиная Мера и его неожиданный приход.

– Вас же должны были учить быть аккуратными! Руперт Глэйд зря потратил на вас свое время, Мер, если ты совсем не боишься остаться калекой!

Гивенс практически кричала, но потом замолчала. Ее затрясло, стоило бросить взгляд на карты и чертежи дворца, которые лежали на столе. Бестал томился в темнице, Дэни должна была вытащить его. Только теперь без алой крови ее проникновение во дворец не пройдет. Она готова была убить всех, лишь бы лучший друг и самый дорогой сердцу человек был на свободе. Дэниэла знала, как пытает стража.

– Боги! – слетело с мужских уст.

Меркурий большими глазами смотрел на кулак, который девушка так и не отвела в сторону, несмотря на то что ее всю трясло. Прорицатель неожиданно ощутил на себе темную магию. Она была спокойной и даже приветливой, но могущественной.

– Ты истинная Даркнесса! – выдохнул Кошак, опуская руку белоголовой девушки, чтобы обнять ее и успокоить. – Я чувствую на себе твою магию. Она словно знает меня и не желает мне зла.

– Прости, – прошептала Гивенс, – я не до конца ее контролирую. Моя магия очень сильно зависит от эмоций. Иногда она…

Дэниэла замолчала, вспоминая те ощущения, когда ее тело совсем не подчинялось ей. Она была марионеткой в чужих руках, которые очень умело двигали ее телом. Эла всегда знала, что магия внутри нее сильна, пускай и неосознанно. Девушка боялась ее в детстве и сейчас тоже.

– Берет тебя под контроль? – тихо спросил наследник Агаты.

– Да, – шумно выдохнув, ответила дочь Орлона. – Я словно наблюдаю со стороны за своим телом. Я не могу остановить себя и свою магию в такие моменты. Это пугает. Но больше всего меня страшит то, что однажды я не смогу вернуть контроль и стану идеальным оружием богов, которые просто будут повелевать мной, – призналась Гивенс.