И как по всему телу вспыхивали призрачные боли, которые нанесли ей мертвецы.

«Я это заслужила, я это заслужила…» — думала она, смахивая с глаз выступившие горькие слезы.

Девушка долго скользила своими глазами по своему двойнику. Сильная печаль была отражена на ее лице. С трудом сдерживая слезы, Софиан посмотрела себе в глаза, и мысленно перед ней возник образ Антона…какими глазами он смотрел на нее, какая любовь полыхала в них, когда он признался ей в своей симпатии, как звучал нежно его голос, как он прикоснулся к ней своими теплыми руками в том самолете…Воспоминания были настолько красочны, что Софиан представила вместо своего отражения Антона во весь рост. Как он смотрел на нее по ту сторону. Образ был настолько красочен, словно парень реально стоял перед ней. На один миг ей показалось, как нос приятно защекотал его запах. Образ из фантазии продолжил ярко стоять перед девушкой, превращаясь в настоящую галлюцинацию. Его темные волосы слегка трепались, глаза зачарованно разглядывали ее. Софиан почувствовала, как сердце тепло загорелось, как дыхание начало невольно участятся. Посмотрев ему в глаза, Софиан притронулась рукой к зеркалу. Антон повторил действие за ней, прикоснувшись кончиками пальцев к ее руке.

Сознание продолжило играть с ней. Она ощутила тепло, исходящее от руки Антона, словно реально сейчас притронулась к нему. И сейчас ей захотелось не только почувствовать нежность его руки, но и обнять…обнять так сильно, как силы позволяют…поцеловать его губы…

Галлюцинация пропала. Софиан посмотрела на зеркало и увидела собственное отражение. На душе тут же горько стало, сильная тоска охватила девушку. До нее с болью дошло осознание, что это не осуществится в реальности…Антон ее ненавидит…он любит другую…

И от таких мыслей ей хотелось разорвать себя в клочья. Но из горла вырвалось только рыдание, причинявшее ей сильную муку.

***

На следующий день, перед своим отъездом, Эрамгедон наложил на Финикс иллюзию, чтобы гостья столицы королевства Сомбреро опять увидела перед собой прекрасную бесконечную золотистую пустыню, с чистым голубым небом и величественный замок, покрытый золотым мрамором.

Бандиты опять превратились в придворных, чудовища — в интересных экзотических крупных животных, скелеты в тронном зале — в рыцарей, а букашки в котловане — в аквариум с рыбами. Любуясь, насколько очаровательна выглядит иллюзия, что даже никаких подозрений не возникнет, Эрамгедон отправился покорять сердце следующего Посла Звезд, а за замком продолжили присматривать все те же Софиан, Даниэлд, выздоровевший Максимилиан и Сабина. Закончив работу в Парламенте, Даниэлд, чувствуя, как усталость высасывала все его силы, побрел к себе домой, но ему пришло сообщение о том, что гости из Сомбреро уже подлетают к Финиксу. Сонливость как рукой сняло, и Даниэлд помчался вместе с придворными встречать королеву.