— Завтра бал. И завтра вечером мы отправимся на нашу миссию. Мы спасем их. — решительно заявил Антон.
— Сейчас скажу Астору, чтобы он ввел тебя в курс нашего дела. — вмешался Петер. Феодосий округлил глаза, ошеломленно посмотрев на подошедшего мужчину.
— Д-да, я буду стараться…чтобы влиться как можно быстрее.
— Но сначала ты примешь душ и поешь. — мягко сказал Антон и повел парня в сторону своего корпуса.
Тоска крепко сжимала его за сердце. Оля жива, но она пленница… «Лучше бы она сейчас была с нами, а не эта шпионка Софиан…» — мрачно думал он, ведя за собой трясущегося Феодосия.
«Завтра после бала начнется наша миссия. Мы должны поспешить. Мы должны его остановить». — хмуро думал парень, подняв голову и устремив взгляд на возникшие проплывающие беззаботные облака. Он слабо улыбнулся при мыслях, что скоро везде будет точно такое же чистое мирное небо, и станет оно таким благодаря ему, Эрасту Родригесу…
***
Софиан заперли в темной маленькой комнате и посадили на неудобный стул. Со всех сторон стояли стражники, облаченные в металлические серые доспехи, ближе к ней подошли Сатис, Раит и Рональдо. Мужчины рассматривали девушку настолько презрительно и недоброжелательно, что ей стало некомфортно находиться не только в этой комнате, но и в собственном теле. Чувство вины крепким удушьем впилось в ее горло, краска резким ударом врезалась в щеки. Кандалы свирепо вонзились в ее кожу, разрезав своим жгучим холодом кисти. Софиан вскрикнула:
— Я говорю правду!
Ей было тошно здесь находиться. За краями глаз притаились слезы. Она хотела стукнуть себя от наивной мысли, что ей удастся спокойно прилететь на Орион и остаться незамеченной…Она с горечью приняла мысль, что Антон встретит ее не радужно…но чтобы ее связали, заперли и начали допрашивать — о таком она и подумать не могла.
Глаза Сатис сверкнули злобным огнем.
— Ты шпионка! Ты заодно с ним! Ты наш враг! — шептала сквозь зубы Сатис. — Отвечай, зачем ты прибыла на Алатар?!
— Я хотела увидеть Антона. — тихо пробубнила Софиан.
— Чтобы привести Нежелательное лицо Империи к самому Эрамгедону? — свирепо спросила Сатис.
— Нет! — громко и отчаянно крикнула Софиан.
— Правду говори. — требовательно сказал могучим баритоном Рональдо. — Тебя никто пытать не будет, если ты скажешь правду.
Девушку затрясло. Она только и делает, что говорит от чистого сердца…но почему ей никто не верит?! Неужели ее честь настолько окрасилась черным клеймом благодаря Эрамгедону? И эту грязь уже никак не отмыть?
Слезы покатились по ее щекам, когда она вспомнила, с какой яростью бросил про нее Антон, обратившись к этой беловолосой девушке: «