Да и время было не самое удачное, чтобы сообщить им, что Старуха, Ровена и ещё одна случайная ведьма знали, кто я такая.

— Удивлён, что ты вспомнил, что я лидер этого клана, — голос Николая был мягким. — Я уже начал думать, что ты забыл.

— Не забыл, — Зейн встретил пристальный взгляд Николая. — Ни на секунду.

Губы Николая скривились в жуткой насмешливой ухмылке, похожей на ту, что я видела у Тьерри больше раз, чем мне хотелось бы помнить. Это был признак того, что он близок к ядерному взрыву.

— Есть ли причина беспокоиться, что кто-то из наших соплеменников подвергнет Тринити опасности?

Я подняла руку.

— Я хотела бы внести ясность, что если мне будет угрожать опасность, я справлюсь сама.

Оба проигнорировали меня, что стало уже кредо моей жизни, когда люди говорили обо мне так, словно меня не было в комнате.

— Ты не хочешь, чтобы я отвечал на этот вопрос, — парировал Зейн.

— Я знаю, что у тебя противоречия с кланом, Зейн, и я это понимаю. Серьезно, — Николай откинулся назад. — Но неужели ты, в самом деле, думаешь, что я позволю кому-то в моём клане использовать что-то против Тринити?

— Никто не думал, что мой отец позволит своему клану сделать то, что они сделали с Лейлой, — Зейн положил руки на стол. — Так ведь?

Я резко втянула воздух. О, боже, они собирались отправиться по мучительной дороге, которая вела прямо к Лейле. Пора вмешаться.

— В общине, где я жила, был Страж, который узнал, кто я, — в желудке всё вспенилось, потому что это был мой собственный мучительный путь. — Никто не знал, что Райкер счёл Истиннорождённую угрозой для Стража. Это звучит безумно, правда? Даже моя мать, которую он в итоге убил, когда пошёл за мной, никогда не подозревала об этом. Миша, возможно, и организовал всё это, но у Райкера были эти убеждения ещё задолго до того, как Миша смог их использовать.

Зейн, молча, придвинулся ближе ко мне, пока я говорила, и я не хотела думать о том, что он чувствовал через эту связь. Это был неприятный мешок боли и вины, горя и ярости. Его бледно-голубые глаза были прикованы ко мне, когда он заговорил с Николаем:

— Мне бы очень хотелось верить, что каждый член клана здесь в здравом уме и логике и ни на секунду не поверит, что Тринити может представлять для них угрозу, но мы просто не знаем этого. Последнее, что нам нужно, это оглядываться через плечо, опасаясь Стражей, и при этом пытаться найти Предвестника.

Воцарилось молчание. Офисные часы тикали, как бомба. Взгляд ярко-голубых глаз лидера скользнул ко мне.

— Так вот почему на тебя напали в Потомакской общине, когда мы там были?