— Я думаю, что из всех людей ты не можешь этого сказать. Ты была без сознания. У тебя по всему телу ушибы, и я знаю это, потому что я присутствовал, когда тебя осматривала Жасмин. У тебя достаточно сильно шла кровь, чтобы промочить остатки моей футболки.

Когда он это сказал, я поняла, поняла, что на его груди были ржавые разводы, которые выглядывали из-под разорванной одежды.

— И ещё ты промочила кровью подушку и полотенца, которые мы положили тебе под голову, — он стоял близко ко мне, держа меня так, как будто планировал оставить меня в кровати. — Жасмин думает, что у тебя сломан череп в районе затылка, и сейчас она собирает инструменты, чтобы поработать над тобой, так что нет, мы не пойдём ни в какой чёртов туннель, ни в кино. Ты остаёшься здесь.

— Но что, если я хочу в кино, Зейн? — отрезала я, даже когда мой желудок упал.

Мог ли у меня быть сломан череп? Они сбреют мне волосы?

Ладно, это было последним, о чём стоило волноваться.

Его губы изогнулись, и огонь отчасти покинул его глаза.

— Ну, тогда тебе не повезло. Даже если бы я разрешил тебе встать с постели, все кинотеатры закрыты. Уже почти два.

Я сложила руки, зная, что у меня настолько угрюмое выражение лица, насколько возможно. Просто потому, что меня нокаутировали, не означало, что я была ранена.

— Нам нужно туда вернуться.

— И мы вернёмся. Только не сейчас, — прошли несколько секунд тишины. — Я испугался.

Мой взгляд вернулся к его, и я как загипнотизированная не могла отвести глаза.

— Когда я увидел тебя, истекающую кровью в этом чёртовом месте, и я не мог тебя разбудить, я испугался, Трин.

Моё сердце перевернулось.

— Потому что ты думал, что можешь умереть?

— Ты очень хорошо знаешь, что не из-за этого, — сказал он низким голосом.

Сотня различных вещей, которые мне нужно было сказать, вертелись у меня на языке. Я не знала, что сказать, но это не имело значения. Дверь открылась, и Зейн наклонился назад, и я увидела Жасмин, спешащую в комнату с подносом бинтов, полотенец, мисок и блестящих серебристых предметов. Её длинные тёмные волосы были убраны с лица, и она была одета в какой-то халат. Она посмотрела на нас.

— Ты проснулась.

— Да, — я ожидала увидеть Данику, следующую за сестрой, но её не было.

— Она проснулась десять минут назад, — добавил Зейн. — И уже думает, что может встать с постели.