Тихий щелчок, на который ответил стук, прополз по моей коже.

Все частички моего существа сфокусировались на направлении неприятного звука. Его источник был… прямо передо мной. В моём положении на полу у меня была огромная уязвимость. Я встала на ноги, перемещая вес на левую ногу…

Мою правую лодыжку кто-то потащил и дёрнул вверх. Я тяжело приземлилась на спину, от удара воздух вылетел у меня из лёгких. Я пнула воздух другой ногой, но крепкая хватка тащила меня дальше в туннель, дальше от звука дождя.

Я села, махая обоими кинжалами. Хватка на моей ноге внезапно пропала, и очень мужской, очень низкий смех эхом разнёсся вокруг меня. Моё тело перешло к действию. Я попыталась встать на ноги, не обращая внимания на тупую боль. Задыхаясь, я схватила кинжалы…

Я ощутила прохладное, влажное прикосновение к лицу, что-то скользнуло вниз по моей щеке. Плоть. Это было прикосновение плоти. Вскрикнув, я замахнулась и ударила коленом вверх. Ворчание сказало мне, что моё колено достигло цели, кто бы там ни был. Я двинулась вперёд, следуя на звук, когда что-то твёрдое и острое, локоть, ударило меня под подбородок, отбросив мою голову назад. Боль лишила меня равновесия. Моё запястье поймала рука и резко вывернула. Мои пальцы рефлекторно разжались, и я выронила нож, даже размахнувшись другой рукой. Потом случилось то же самое. Другая рука поймала моё другое запястье. Кинжал упал и зазвенел на полу.

Откинувшись назад, я пыталась использовать хватку против нападающего. В меня что-то ударилось, прежде чем я могла поднять ноги. Что-то оказалось телом, с твёрдым, невозможно холодным торсом, впечатавшим меня в стену. От этого контакта моё тело пришло в шок. Я пыталась оттолкнуть его, но его вес удерживал меня и руки на моих запястьях подняли мои руки вверх, пригвоздив их над головой.

Ужас взорвался у меня в животе и руки вытянулись, отчего спина изогнулась. Кровь у меня в венах превратилась в грязь, когда ледяное дыхание двинулось по моей щеке, и за ним последовало ощущение сухих, мягких губ.

Я перестала бороться. Тысячи разнообразных ужасных сценариев быстро проигрались в моём сознании, каждый ещё более извращённый, чем предыдущий, меня держали в беспомощной позиции, где я не могла обороняться, ничего не могла сделать, чтобы предотвратить то, что будет дальше…

Нет.

Я не была беспомощна. Я не была поймана. Я не была безоружной — у меня было оружие, которое уже нужно было использовать. Оружие, которое меня постоянно учили использовать только в крайней ситуации. Как пуля в голову, на меня снизошло осознание.